Онлайн книга «Колыбельная ведьм. Скриптум Первый»
|
– Думаю, в карты. В прошлый раз везение было на вашей стороне – я хочу отыграться. – Хорошо. Лукреция свела ладони вместе, её глаза наполнил тёмно-зелёный свет, и перед нами появился круглый стол, накрытый скатертью. На нём уже лежало несколько запечатанных колод: мы давно договорились каждую партию начинать с новых, когда поняли, что у Белогора было неискоренимое и неконтролируемое стремление кропить карты. – Хорошее вино, – сказала Лукреция, допивая последний глоток из бокала. – Знаю, – ответил я, хотя мы оба прекрасно понимали, что я никогда не пробовал хорошего вина. В те времена, когда что-то могло коснуться моих губ, понятия «хорошего» алкоголя просто не существовало. XIII. Покой остаётся во снах «Всех нас ждёт Обитель Триады, рано или поздно. В Обители нет осуждения, нет Геенны, подобно той, в которую Первозданный отправляет грешников. В Обители принимают каждого, ведь деяния не важны, если твоя душа, твоя сила, вся твоя суть станут питать магию, позволяя рождаться новым ведающим. Да, мы отрицаем страдания после смерти. Страх перед ними – это не то, что заставляет ведающих быть праведными. Для того чтобы быть хорошим человеком, не нужно бояться того, что ждёт после смерти. Достаточно жить в гармонии с миром, совестью и окружающими людьми. Хотя, конечно, и у нас есть поощрение за достойно прожитую жизнь: возможность возродиться вновь в другом теле, в другое время, не помня прошлого, но сохраняя связь с магией». После происшествия с Адрианом мне не хватило сил ни на что, кроме как рухнуть в постель и погрузиться в сон (к счастью, без сновидений). А следующее утро вернуло мне состояние апатии и поглощающей тревожности, ведь под дверью я обнаружила плотный конверт, на котором была сургучная печать в виде букв «АК». Поднимать его с пола не хотелось: инициалы были и так прекрасно видны. Поэтому, прежде чем хоть что-то сделать с письмом, я отправилась в ванную, благо, в отличие от необходимости студентов довольствоваться общими купальнями, все комнаты на профессорском этаже, где я пока обитала, имели собственные примыкающие уборные. Я скинула с себя камизу и опустилась в довольно большую медную ванну, призывая магией горячую воду. В голове крутились варианты того, что могло быть в письме. Отправителем, конечно, был отец. «АК» – Александр Кроу. Да и наши семейные вензеля не узнать было нельзя. Санторо предупреждала, что он должен был вскоре написать, но я и думать об этом забыла, пока пыталась справиться с потерей, посещала кабак, билась с Вороном, спасала поэта от проклятия и дерзила верховному инквизитору. И всё это за каких-то полтора дня с момента моего возвращения в Венецию. Погрузившись под воду с головой, я выдохнула, позволяя пузырям щекотать лицо. «Вечно тут прятаться не выйдет. К сожалению». Спустя четверть часа, уже одетая и с заплетённой косой, я всё-таки подобрала с пола конверт и надломила печать. Эстер, я надеюсь, что ты выдерживаешь испытание, выпавшее на нашу долю с достоинством, подобающим фамилии Кроу. Мне жаль, что мы не смогли встретиться, но порталы из Англии в Венецию и обратно были настроены на определённое время. Обращаться в Ковен за новыми, когда они уже и так проявили понимание, было бы неучтиво. О моём здоровье не беспокойся и не справляйся: оно не улучшилось, но и не слишком ухудшилось после этого путешествия. |