Онлайн книга «Колыбельная ведьм. Скриптум Первый»
|
Я не знала, что сказать. Любые слова были неправильными даже в мыслях. История Вивьен была ужасной, но при этом я ощущала странное тепло от осознания геройского поступка Тадеуша. Я испытывала острую вину за то, что не получила письмо подруги, и скорбела по её магии. – Вив, а магия? В Венеции лучшие специалисты, ты обращалась к ним? Она улыбнулась искусственно и натянуто, а в её глазах застыла боль. – Я обращалась даже к членам Триумвирата. Магию не удалось восстановить. Как я уже говорила, тот ведающий был самоучкой. Формулу он узнал обрывками и сам дополнил пробелы. Из-за него я никогда не смогу колдовать. «Никогда, – думала я. – Никогда не почувствовать тепло магии в ладонях. Не согреть комнату. Не сотворить заклинание…» Такое простое и такое страшное слово. Никогда. – О Триада… – прошептала я. Вивьен наконец приблизилась ко мне, кладя руку на плечо. – Не жалей меня, пожалуйста. Тадеуш помог мне устроиться секретарём при Венецианской Академии. Я живу, я свободна и буду радоваться каждому прожитому дню, который мне подарил твой брат. Пусть и без магии. Не знаю, сколько мы с Вив простояли под согревающим пологом – несколько минут или часов. Она тихо плакала, но я не смела ничего говорить, помня о просьбе не жалеть её. Мне и самой хотелось рыдать. Я чувствовала себя последней эгоисткой, потому что мои непролитые слёзы не имели никакого отношения к потере магии Вив. Мне хотелось плакать оттого, что я опять видела силуэт мёртвого тела Тадди так близко. А ещё я завидовала: завидовала, что Вив говорила с ним, была рядом в этот год. Она знала о моём брате то, что открылось мне только сейчас. И в свете потери это приносило мне ещё больше боли и сожалений. – Ты давно приехала? – тихо спросила Вивьен, вытирая щёки. – Вчера. – Я не позволила никому трогать профессорскую комнату Тадди. Если ты ещё там не была, то можем пойти вместе, когда ты будешь готова. А сейчас, боюсь, мне нужно вернуться к работе. Мысль о том, чтобы увидеть место, где провёл последний год мой брат, была одновременно радостной и печальной. – Спасибо, – тихо сказала я. – Одна я, наверное, не смогу. Она кивнула, отступая к выходу из крипты и улыбаясь мне на прощание. Эта улыбка принадлежала той Вивьен, которую я помнила. Она была светлой и доброй. – Я очень скучала. – Я тоже, Вив. Мы вышли из крипты вместе, и, несмотря на новые страшные открытия, тянущее ощущение одиночества ненадолго покинуло меня. XI. Жёлтый дом с мезонином «Я предпочитаю использовать для письма простые гусиные перья. Mia moglie[24]их ненавидит, впрочем, как и всё, что связано со мной. Сегодня она подмешала мне в суп яд – небольшую дозу, достаточную для страданий, но неубивающую. А я смешал её пудру с перетёртым стеклом. Это наша любимая забава – мучить друг друга, ненавидеть, любя. Это так вдохновляет, заставляет рифмы складываться под гусиным пером. Идеальные рифмы. Когда-нибудь, у самого края нашей любви, я хочу написать их кровью. Своей или её». Проводив Вивьен до её кабинета, я хотела зайти в банк обменять фунты. Но, едва выйдя из Академии, вспомнила обещание, данное в ночи моему новому знакомому поэту. Думаю, многие ведьмы на моём месте никуда не пошли бы. Несмотря на обещание, Адриан Николетти был для меня никем, и его история про перо вполне могла оказаться выдумкой. Но, во-первых, отец с раннего детства научил нас с Тадди принимать обещания всерьёз и не нарушать их без действительно весомого повода, а во-вторых, долг специалиста по проклятиям обязывал меня помочь нуждающемуся или хотя бы проверить подлинность истории поэта. |