Книга Самый тёмный грех, страница 41 – Ноа Хоуп

Дана задержала дыхание, её пальцы сжали мою руку крепче.

– И что вы сделали?

– Мы были измотаны, но не собирались сдаваться. Завязалась жестокая схватка. Они не ожидали такого сопротивления. Но несмотря на их численное превосходство, нам удалось одолеть их.

Я замолчал, позволяя тишине заполнить пространство между нами. В голове снова вспыхнули сцены той ночи, когда мир вокруг окрасился в багровый цвет. Каждый удар, крик – всё это как будто было вчера. Я до сих пор чувствовал, как кровь бешено колотится в висках, а в груди, где раньше билось сердце, теперь зияет холодная пустота, заполненная гневом.

– Перед смертью Мария призналась, как именно они нас нашли. Мы сразу же вырезали эти проклятые чипы из–под кожи.

Я поднял рукав футболки, обнажая шрам на предплечье – неровная линия, напоминающая о той ночи. Он был не первым и не последним, но самым значимым. Дана осторожно провела пальцами по шраму, её взглядбыл прикован к нему, а не ко мне. Её прикосновение было лёгким, почти невесомым, но я почувствовал, как тепло разливается по всему телу. Казалось, её нежность могла исцелить даже самые старые раны.

– Это ужасно. – прошептала она, глядя на меня снизу вверх. В глазах отражалось искреннее сострадание. – Я не могу представить, через что вам пришлось пройти.

Я пожал плечами, пытаясь скрыть нахлынувшую волну эмоций.

– Теперь всё это в прошлом. Но шрамы, полученные за все те годы, напоминают мне только об одном: слабость в этом мире – билет в один конец.

Дана подняла на меня глаза, в которых горела решимость.

– Но это не делает тебя слабым, Римо. То, что ты выжил и выбрался из этого ада, доказывает твою силу.

Я усмехнулся, пытаясь скрыть удивление от её настойчивости.

– Возможно. Но никто и никогда больше не сможет мной управлять.

Она сжала мою руку крепче, её дыхание участилось, а грудь слегка вздымалась. В этом простом жесте ощущалась вся глубина её переживаний, будто бы она пыталась передать мне свою силу. Казалось, она даже не осознавала, что делает это.

Меня удивляло, как спокойно она воспринимает мои слова. Мы безжалостно убили людей, и её это ни капли не смутило. Я ожидал, что Дана отшатнётся, ужаснувшись моей откровенности, но вместо этого в её глазах я увидел лишь искреннее сочувствие.

– У вас был тяжёлый путь, но никто из вас не виноват в произошедшем. – сказала она, как будто читая мои мысли. – Вы сделали всё, что могли, чтобы выжить.

Её голос звучал мягко и успокаивающе, будто она пыталась убедить меня в том, что я не заслуживаю осуждения.

– Мне искренне жаль, что вам пришлось пережить нечто подобное. – продолжила она, сжимая мою ладонь чуть сильнее.

Я смотрел на неё, больше не в силах скрыть своего удивления. Как она так спокойно принимает то, что я сделал? Неужели не понимает, что мы монстры, запятнанные кровью? Но в её глазах я не видел ни страха, ни отвращения. Лишь искреннее сочувствие и… что–то ещё, что заставило моё мёртвое сердце биться быстрее.

– Дана, ты не должна жалеть меня. – произнёс я, чувствуя, как внутри разгорается пламя. – Да, я сделал то, что должен был, чтобы выжить, но тебе нужно понимать, что я не рыцарь в сверкающих доспехах. Я буду делать всё, чтобы сохранить то, что мне дорого. И теперь ты входишь в это число. Не романтизируй меняи не жди от меня единорогов, прогулок под луной или серенад под окном.