Книга Поддайся искушению, страница 78 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

Его пальцы продолжали свой распаляющий извращенный танец на моей киске, доводя меня до грани безумия. А затем резко, без предупреждения, отодвинули ткань трусиков и вошли внутрь, заставляя меня ахнуть от неожиданности и пронзительного наслаждения. Я беззвучно застонала, прикусив губу до крови. Это позор, унижение, предательство. Что, если камера все это записывает?

– Врушка, – прошептал он. Его пальцы задвигались быстрее, глубже, напористее, и я почувствовала, как внутри все закручивается в водоворот неконтролируемого желания, готового захлестнуть меня с головой.

Я отчаянно попыталась отстраниться, высвободиться, но Зверь резко встал, и я с ужасом увидела, что на нем нет наручников. Когда он успел их снять? Это все его дурацкая дьявольская игра. Он обошел меня сзади, не давая возможности встать и сбежать. Кай грубо схватил меня за волосы и откинул голову назад, обнажив мою шею для поцелуев. Получив загнанный испуганный взгляд снизу вверх, он ухмыльнулся, перекинул руку через мое плечо, ловко расстегнул молнию юбки, облапывая мое бедро, пролез под одежду, снова добираясь до моей намокшей киски и легко вгоняя внутрь пальцы. Вторая рука нашла мою грудь, начала играть с набухшим соском, вызывая мурашки по всему телу, и я почувствовала, как мой стон рвется наружу диким зверем, выпущенным из клетки.

– Ты всегда была плохой лгуньей, пташка. – Его губы коснулись моей шеи, обожгли кожу жаром, рука отпустила грудь. – Ты вспоминала нас?

Я молчала, чувствуя, как его пальцы продолжают свое грязное дело, разжигая пожар внутри меня.

– Подожди, – прошептала я, но он уже держал в руках наручники – те самые, что недавно были на нем. Его глаза горели неистовым безумным огнем. – Кай, нет…

– Раздвинь свои прелестные ножки шире, детка, обещаю, тебе понравится! – возбужденно сказал он.

Резкая приятная боль пронзила все тело, когда я почувствовала, как холодная острая дуга расстегнутого наручника, заботливо обхваченная его пальцами, вошла в меня.

– Ах… – застонала я.

– Тише, пташка, мне приятен твой нежный голосок, но за стенкой комиссар, – ласково сказал он, закрывая мой рот рукой.

Я почувствовала, как холодное железо медленно входит глубже, а его пальцы продолжают ласкать мокрую киску. Толчок, еще толчок. Я была уже на пике, чтобы кончить. Боль и удовольствие смешались в гремучий коктейль, лишив меня остатков самоконтроля и здравого смысла.

Он наклонился ко мне, его голос стал тише, заговорщически близким, обволакивающим.

– Комиссар Флинт точит на меня зуб, пташка. Он мог подставить меня. Ты должна спасти меня.

Я смотрела на него, парализованная ужасом и одновременно чувствуя, как мое тело предательски отзывается на каждое его прикосновение, как оно жаждет его ласк.

– Что ты сделал?

– Убил его брата.

Он улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли раскаяния. Он лишь продолжил свою извращенную игру, наслаждаясь моей слабостью. Я знала, что это только начало, что он только приоткрыл дверь в свой темный порочный мир.

Боль и наслаждение сплетались в тугой неразрывный узел, лишая меня воли и рассудка. Я пыталась отстраниться, сопротивляться, но тело, преданное давним воспоминаниям и похотливым фантазиям, отказывало разуму с каждым движением Кая, с каждым его словом.

Он вынул наручники, и в его взгляде читалось торжество победителя. Я попыталась восстановить дыхание, но каждый вдох был пропитан его запахом, его властью, его грехом. Моя киска предательски ныла, представляя его член внутри себя, и это было самым ужасным унижением.