Книга Поддайся искушению, страница 76 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

– Помни, Лора, ты мой лучик света, – пробормотал он, и в тот же миг раздался выстрел.

Мир вокруг расплылся, заполняясь оглушительным звоном и резкой пронзительной болью. Пуля попала отцу в ногу. Крики отца, смешанные с моими рыданиями, разорвали тишину дома. Кровь струйкой побежала из раненой ноги, оставляя за собой красные дорожки на грязном полу.

Кай медленно отошел, оставив меня с раненым отцом. Я запомнила этот жестокий день, как последний день моей прежней жизни.

Через некоторое время отца арестовала полиция. Все его подпольные дела, все грязные сделки вышли наружу. Кто-то сдал его, и я точно знала кто. Через месяц нахождения в тюрьме его не стало. Еще через месяц нас выселили из дома, вышвырнув на улицу, как мусор. Моя жизнь рухнула, превратившись в бесконечную цепь несчастий и лишений.

А его жизнь, жизнь Кая, продолжалась. Она шла вверх, становилась все лучше, обходя стороной все заботы и препятствия. Я его ненавидела, ненавидела больше всего на свете. Его презрение, его жестокость, его безжалостность жили в каждом моем вдохе, в каждом ударе моего сердца. Я клялась себе, что месть, сполна вылившаяся на Кая, станет моим единственным путеводным светом. Я возненавидела его и весь этот грязный черный бизнес, что украл у меня все.

США, штат Аризона, наши дни

– Ну, здравствуй, пташка, – прошептал он, и от этого змеиного голоса по спине расползся ледяной узор мурашек.

Комната для допросов наваливалась своими стенами, пропитанными едким духом дешевых сигарет и мертвенной стали. Кай «Зверь» Дельгадо восседал напротив, словно на окровавленном троне, и его глаза – темно-карие с отблеском дьявольской насмешки – прожигали меня насквозь, не упуская ни единого трепета ресниц.

Он с ленцой затянулся сигаретой и выдохнул сизый дым прямо мне в лицо, заставляя подавить рвотный спазм в горле. Прозвище ему было дано кровью и страхом: он был прирожденным хищником с безупречным чутьем на жертву, а я… Я уже долгие годы обреченно трепетала в роли его добычи.

– Мистер Дельгадо, меня зовут Лора Грей. Я ваш адвокат, – выпалила я скороговоркой, отчаянно пытаясь замаскировать дрожь, предательски сковавшую мой голос. – Вас обвиняют в убийстве Шарлотты Лив. Расскажите мне, что произошло в ту ночь.

Я нарочито резко распахнула папку с делом и принялась демонстративно извлекать оттуда материалы, словно воздвигая между нами шаткую баррикаду из юридических формулировок. Он вальяжно откинулся на стуле, и его взгляд – ощутимо горячий и липкий – скользнул по моей фигуре, раскаленным клеймом оставляя на коже невидимые ожоги.

– Грей? И как давно ты сменила фамилию, милая Лора? – прозвучал его тягучий бархатный голос, пропитанный ядовитой иронией.

– Это не относится к делу, мистер Дельгадо. Где вы находились во вторник, примерно в два часа ночи? – Я постаралась придать голосу как можно больше уверенности, разыгрывая роль хладнокровного адвоката, хотя все мое естество вопило об обратном, пытаясь достучаться до рассудка.

– Мисс Кастанеда… – начал он медленно, словно пробуя мое имя на вкус.

Он с вызывающей небрежностью затушил сигарету прямо о стол, оставив на лакированной поверхности уродливый черный шрам. Затем он подался вперед, сокращая и без того мучительно близкое расстояние между нашими лицами. Его руки замерли по обеим сторонам от моих щек, пальцы – опасно близко к коже, грозясь вот-вот впиться в нее. Я ощутила его жаркое хищное дыхание на своих губах, и все тело отозвалось предательской дрожью нелепого, постыдного желания его прикосновений. Я с трудом сглотнула ком, застрявший в пересохшем горле.