Книга Ловушка, страница 11 – Джек Тодд

Лили знает. Годами она прислушивалась к их отвратительным разговорам. Владыка всегда рядом,и он позволял ей слышать.

— Тем утром меня даже не было в поместье, — спокойно отвечает она, получается даже улыбнуться. — Я ухаживала за могилами на другой стороне острова.

— Да, тело Ричарда обнаружил я, — вмешивается в разговор доктор Харт. Доктор УильямХарт. Ей не по душе его имя. — Как единственный врач на острове я констатировал у него остановку сердца, и сообщил об этом в город. Если вы подозреваете убийство, Стефан, то нет — Ричард скончался по естественным причинам, в конце концов ему было уже за семьдесят.

Она удобнее устраивается в кресле у камина. Все они сидят в просторной гостиной, но рядом с ней не сел никто — Стефан и Джессика расположились на диване напротив; Кроуфорд и его жена Элис заняли место за небольшим столом, а доктор Харт остался стоять у самых дверей. Никого больше сюда не пригласили.

— Ну какое убийство, Стефан, — наигранно смеётся Кроуфорд. — Отец жил тут годами, словно отшельник, и ничего с ним не случилось. Думаешь, кому-то пришло бы в голову покончить с ним на восьмидесятом году жизни?

— Не удивлюсь, если из-за твоей паранойи тебя вычеркнули из завещания, Стефан, — ухмыляется Элис. Притворяется, что шутит, но Лили знает — доля шутки в её словах мизерная. За титул главы семьи и основную долю в семейном деле они готовы перегрызть друг другу глотки.

— Уж лучше быть вычеркнутым за излишнюю осторожность, — подчеркнуто вежливо отзывается Джессика и скрещивает руки на груди, — чем доказать свою несостоятельность, обанкротившись. Сколько там прожил ваш предыдущий бизнес? Кажется, какие-то кафе. Около года? Впечатляюще.

Их перепалки с годами не меняются. На каждом семейном собрании Лили чувствует себя запутавшейся в клубке разъяренных, без устали шипящих друг на друга змей. Она отворачивается в сторону окна и поглядывает на небо. Солнце скрылось за темными тучами, скоро явно пойдёт дождь. Аккуратно подстриженные розовые кусты сгибаются под порывами вдруг налетевшего ветра.

Остров отзывается на нездоровую атмосферу. Чувствует.

— Хотя бы в этом году проявите уважение, —в конце концов говорит Лили, не выдержав. Поднимается с кресла и одергивает помятую юбку. — Всего три дня как отец умер, а для вас его будто и не существовало никогда. Вам противна его — семейная!— вера, противны его взгляды, но вы хоть вид можете сделать, что вам не плевать на его смерть?

Повисшую в холле тишину будто бы можно пощупать — настолько она осязаемая. В ней легко различить завывания ветра и стук посуды со стороны кухни. В ней отчетливо слышно, как тяжело выдыхает Стефан, как цокает языком Элис. Лили кажется, что она не только видит, но и слышит, как качает головой доктор Харт.

— Уж не тебеоб этом говорить, — с презрением бросает Кроуфорд. — Тебя здесь быть вообще не должно. Раньше бастардов не принимали в семью, но раз уж при жизни справиться с блажью отца не вышло — что поделаешь, придётся потерпеть.

— Ты ведь обычно проводишь время с ребятами, разве нет? — Джессика, в отличие от него, пытается показать себя с лучшей стороны. — Почему бы тебе не присоединиться к ним и в этом году? Они сейчас как раз где-то в саду.

Лили недовольно скрещивает руки на груди. С детьми своих братьев она почти одного возраста, — дочери Стефана в этом году исполнится девятнадцать, а сыну Кроуфорда — двадцать один — и общаться с ними на порядок приятнее, но сейчас её просто пытаются выставить отсюда. Избавиться, словно Ричарду Стоуну она не дочь, а в лучшем случае дальняя родственница.