Книга Бессердечный, страница 49 – Джек Тодд

– Такие вопросы Грегору задавай, – улыбается Ксандер и тянет в рот кусок пиццы. Чуть остывший сыр все еще тянется, обрываясь лишь в последний момент. Точно как та пара нервных клеток, что еще остались у меня – раз, и все, лопнули. И никакого больше покоя. Никакой уверенности. Спасибо, что амбалы Бакстера не поджидают меня под дверями клуба или не караулят у квартиры. – Я всего лишь скромный информатор, да и думаешь, я бы что-нибудь тебе сказал? Пф. Это у Грега слабость к альтушкам, а я предпочитаю девушек посолиднее.

– Твою мать, это-то здесь при чем? – Я вскидываю бровь и качаю головой. В жизни большей глупости не слышала. Когда мы со Змеем болтали в кабинете, он смотрел на меня как питон на добычу, этого не отнять, но слабость… Впрочем, что с чувством юмора у Ксандера проблемы, я выяснила еще в первый день. – Если бы у босса были слабости, его размотали бы еще пару лет назад. Он выглядит как типичный латинос с глазами Сатаны, но одних глаз недостаточно, чтобы держать город.

Ксандер весело смеется, заливает пиццу газировкой и на мгновение опускает взгляд на мобильный телефон. Несколько раз щелкает пальцами по экрану, закатывает глаза и отбрасывает телефон в сторону. Видимо, сидеть нам здесь еще минут двадцать, если не дольше. Босс велел нам дождаться его возвращения, и при одной мысли о том, что он потребует у меня сотворить что-нибудь с помощью метки, дрожат поджилки. Я же нихрена не делала в последние дни.

Насколько он будет зол? Впрочем, если до сих пор меня не убил, то за это не убьет и подавно. У него просто есть для нас работа, как и для остальных, бродящих туда-сюда по второму этажу «Садов».

За прошедшие полчаса мимо нас кто только ни проплывал: бородатый Лиам, несколько девушек в костюмах танцовщиц и даже незнакомые ребята с желтыми метками на рукавах. Если они и принадлежали к какой-то банде, то я никогда с ними не сталкивалась. Ни в Овертауне, ни в Либерти-Сити. Но кто в здравом уме полез бы на территорию Гарольда или Бакстера?

Кроме меня, конечно. Но все знают, что я конченая, об этом разве что немые не трепались на районе. Если кто-то влез в немыслимое дерьмо, то это наверняка Алекс Нотт. И только посмотрите, куда это меня привело.

Криво усмехнувшись себе под нос, я нервно поправляю высокий воротник топа. Сегодня при мне ни любимого бомбера, в карманы которого можно распихать что угодно, от отмычек до шокера; ни рюкзака, ни обмотанной проволокой бейсбольной биты, которую я повадилась таскать с собой в последний год. Змей говорил, что в Коконат-Гроув безопасно, но одни только «Сады» – огромный рассадник преступников, какая к хренам безопасность?

Однако проносить в клуб оружие запрещает не только босс, но и охрана. Да и попробуй пройтись между гостями с битой – кто-нибудь в службу спасения позвонит. Прокатило бы разве что на Хэллоуин. Я могла бы сказать, что косплею Харли Квинн. Даже покрасила бы половину волос в красный.

– Ты только при нем такой ерунды не говори. Он за латиноса тебе голову откусит, мелочь.

– На правду не обижаются, – пожимаю плечами я, но на ус мотаю. Да и у меня духу бы не хватило сказать боссу, что он латинос. Тем более что черты лица у него неправильные, да и кожа чуть светлее, чем у тех же кубинцев. Метис какой-нибудь, наверное, даром что по-испански периодически говорит. – Он не сказал, сколько нам здесь еще торчать?