Книга История зимы, что окрасила снег алым, страница 178 – Марина Лаврук

– Ты права: я действительно не люблю оставаться в одиночестве и, скорее всего, однажды действительно сломаюсь, но пока этот день не настал, я буду бежать от всего этого так долго, как смогу. Единственное, от чего я не хочу бежать, – это любовь к тебе. Она не причиняет мне боли.

– Пока не причиняет.

– Значит, мне будет достаточно этого «пока».

Мира нервно сглотнула, опустив взгляд. Мокрые пряди упали на глаза, и Акио неосознанно протянул руку, заправив влажные локоны ей за ухо.

– Акио, – неуверенно позвала она, красные щеки щипал румянец.

– Да?

Теплые ладони обхватили его лицо, а затем его влажные холодные губы накрыли мягкие губы Миры. Акио настолько растерялся, что едва не отстранился, из-за чего Мира пошатнулась на ступеньке, но руки думали быстрее его, и, обхватив за талию, Акио обнял ее сильнее, прижав к себе. Он уже давно не был невинным ребенком, но сейчас этот поцелуй ощущался словно первый глоток воды в самый засушливый день. Сердце выпрыгивало, а ноги дрожали от нахлынувшей слабости. Ладони Миры скользнули ниже, к его шее, между ребрами будто скользнула молния, и Акио болезненно прикрыл глаза.

Никто из них не хотел, чтобы это закончилось, но пронзительный ветер прошелся по рукам Акио, которые крепко сжимали талию Миры, и он нехотя отстранился от нее. Переводя дыхание, скользнул взглядом по ее смущенному лицу.

– Здесь холодно, ты простудишься, – с трудом выговорил он, собираясь с мыслями.

– Мгм. – Она быстро кивнула, резко развернулась, чуть не упав на следующей ступеньке, и забежала внутрь.

Акио приложил руку к груди, где сердце, словно обезумевшее, обжигавшим потоком гоняло кровь. Он осознал, что безумно улыбается, похлопал себя по щекам, стараясь привести в чувство, и направился к дому.

Если Акио, казалось, легко переносит утрату, то Иошихиро был абсолютно другим. Он дорожил семьей, и пусть между ним и отцом были недопонимания, Иошихиро всегда искренне любил его. На дворе уже стояла глубокая ночь, но в комнате брата не оказалось, поэтому Акио направился к кабинету и замер у двери. Он не понимал, как поддержать брата. Набравшись смелости, открыл дверь. Глаза изумленно распахнулись.

Бумаги валялись по всему кабинету, а шкафчики были сломаны. Иошихиро стоял в центре комнаты с абсолютно пустым взглядом, его плечи подрагивали, точно он пытался отдышаться.

– Выйди, – тихо приказал он.

– Послушай… – неуверенно начал Акио.

– Я не хочу никого видеть, выйди.

– Я хочу тебе помочь. – Он все же зашел в кабинет, осторожно, на цыпочках.

– Мне не нужна помощь. – Взгляд Иошихиро был каким-то безумным. Взмахнув рукой, он направил поток воздуха, который лезвием врезался в стену рядом с Акио.

– Иошихиро? – Акио не на шутку испугался за брата. Пусть тот и был ворчливым и вспыльчивым, но никогда всерьез не кричал на него и уж тем более не использовал против него силу.

– Я просто хочу, чтобы ты ушел, – процедил Иошихиро, запрокинув голову. – Можно хоть что-то в этой жизни будет так, как я хочу?

– Я зайду позже. – Осознав, что сейчас он не способен никак помочь, Акио растерянно вышел из кабинета, судорожно схватившись за сердце, которое испытывало непривычно много разных чувств для одного дня.

Он понимал, что не сможет уснуть и не может оставить Иошихиро в таком состоянии, поэтому решил принять некоторые меры.