Книга Магическое образование, страница 89 – Мария Хомутовская

Я будто невзначай коснулся ножен.

– Видишь ли, Мельхикор, ты прав, – отвечал вождь, сплетя пальцы рук на животе. – Я всегда ненавидел Дракона всей душой. И скорее готов был присоединиться к Уэкону, чем допустить его или его слуг в свои владения. Но Дракона больше нет!

Его слова резанули как кинжалом, до того они были знакомы. Но услышав их из уст Аарона, я ощутил, как что-то перевернулось внутри. Они вдруг обрели плоть.

– Златомира нет, – поправил я, понимая, что цепляюсь за соломинку.

– Новая Драконица устанавливает совершенно иные порядки, – сказал он. – И я хочу ей помочь.

Мое сердце пропустило удар.

– Ты хочешь ей помочь?

Не сводя с меня глаз, старик чуть опустил подбородок. Его сын снова переступил с ноги на ногу.

– Да, я собираюсь помочь ей всем, чем смогу, – говорил Аарон. – Ни один уэконец не пройдет через горы, пока я вождь! Но ты… – Он указал на меня узловатым пальцем. – Тебе я не могу доверять. Ты все еще служишь Дракону!

Я сделал шаг к нему.

– Аарон…

Но вождь не позволил себя перебить:

– Тебе придется выбрать: стать одним из нас и сражаться или продолжать служить Дракону, которого не существует.

Он умолк, а я ощутил на себе взгляды всех в зале. Даже Оосон замер. Запах крови снова стал ярче. Я поднял правую руку ладонью к вождю.

– Ты не так понял, Аарон! – опустив руку, произнес я. – Я служу королевству, а не Дракону. И если вы защищаете Фросс, то и я с вами!

Выступив вперед, Оосон заявил:

– Это ты не понял, маг! Или ты один из нас, или ты труп!

Я взглянул на старика, но тот не одернул сына, а вновь едва заметно кивнул. Похоже, они возомнили, что могут ставить условия первому магу королевства!

– Не хочу тебя обидеть, сын вождя, – процедил я, – но даже если я проиграл на мечах, это не значит, что я не смогу уложить тебя на лопатки одним щелчком пальцев.

Оосон хотел было ответить в своем стиле, но вождь сказал:

– Не вмешивайся, Оосон.

Скорчив недовольную гримасу, его сын покосился на своих воинов и вернулся на место.

– Зачем тыставишь мне такие условия, Аарон? – спросил я. – Разве ты хочешь битвы?

– А что ужасного в том, что мы примем тебя в свои ряды? – безмятежно заметил тот. – Почему ты так противишься этому, что готов сражаться? Ты сам сказал, что мы на одной стороне.

Я хотел ответить, а потом передумал. Я понял, в чем дело: мысль стать воином Аарона казалась мне нелепой лишь после того, как я был Драконовым магом.

Сильнейшим.

Величайшим.

Был.

Тисса говорила то же самое: я до сих пор не могу поверить, что все изменилось. Я до сих пор служу Дракону. Но если старый вождь смог изменить взгляды и забыть о вражде на пороге войны, то пора и мне признать: я больше не тот, кем был всю свою жизнь.

– Я готов стать одним из вас, – глухо проговорил я.

Старик улыбнулся.

Оосон достал из-за пояса рог и протрубил в него. От этого звука знамена на стенах заколыхались. Казалось, сами стены пошатнулись, и зал сейчас рухнет на наши головы. Когда рог умолк, Аарон сказал:

– Готовься к Большой Охоте!

* * *

В деревне Аарона каждый воин носил шубу из шкуры снежного барса. Я знал, что эти животные считались у горцев священными, а их густой мех имел свойство отталкивать магию. Барсы водились высоко в горах, выше, чем жили люди. Охотились на них только во время ритуала посвящения.

В день, определяемый вождем, устраивали Большую Охоту. Мальчиков из деревни, достигших пятнадцати зим, уводили на гору Погопо старшие воины. Назад они возвращались с пятнистыми шкурами на плечах или не возвращались вовсе.