Онлайн книга «Лорейн значит чайка»
|
Она надеялась вернуться быстро, чтобы никто не заподозрил об истинной цели прогулки. По обеим сторонам дороги стелился тронутый дыханием осени лес. Сопки постепенно меняли цвет с зеленого на рыжий и желтый, а в воздухе проскальзывал аромат первой опавшей листвы. Оставив Дашу позади, Лорейн спешилась у знакомой тропинки и взяла лошадь под уздцы. Под ногами шуршала трава и редкие сухие листья. Внутри разлилось волнение: что если ее кто-то увидит? Вот и избушка. Быстро привязав лошадь к дереву, Лорейн взяла припасы и наскоро написанную заранее записку. Дверь сторожки неохотно открылась, отсырев за недели простоя. Внутри было темно и пусто. Нет, вещи почти все остались на своих местах: медвежья шкура на печи, медный чайник, выскобленный стол, а под ним – фонарь, но дом тянул стылым нежильем. Как же там Иван? Он скрывался в лесу из-за нее, поэтому ей хотелось хоть что-то сделать. Она сразу увидела большую корзину у двери, о которой он говорил, и сложила туда съестное и записку. А затем поспешила скорее выйти, ведь являться сюда было рискованно. Уже прикрывая за собой дверь, Лорейн сообразила, чего не хватало в доме – книги на подоконнике, той самой, в которой лежала ее фотография… Конечно, ее мог забрать Роберт или полицейские, но Лорейн подумалось, что ее взял с собой Иван, и почему-то эта мысль ей понравилась. Даша уже ждала снаружи, успела догнать. – Идемте отсюда скорее, барыня! Мало ли, какой зверь придет! Ведь теперь не живет никто… Она тревожно огляделась по сторонам. Но животные Лорейн пугали меньше, чем люди. – Едем назад! – подтвердила она, вскакивая в седло. * * * Осень подбиралась к поместью все ближе. Сопки украсили разноцветные кроны, утки улетали – если их не сбивал метким выстрелом лорд Бриголь, большой любитель охоты, в доме топились печи, а совершать вылазки в избушку егеря становилось все подозрительнее. Между Лорейни Иваном завязалась переписка. Хотя, наверное, сложно так назвать короткие записки, которые они оставляли в корзине раз в несколько дней. Лорейн спрашивала его о здоровье да говорила, что у них с Робертом дела наладились. Егерь отвечал односложно: жив-здоров, слава богу, лес прокормит. Ни о том, где он скрывается, ни о Птичьей скале или других странностях они не упоминали. И все равно Лорейн каждый раз радовалась крохотному клочку бумаги с кривоватыми буквами. Он означал, что Иван жив и с ним все в порядке. С Робертом они действительно помирились. Он изо всех сил старался быть внимательным и нежным. Они вместе гуляли в саду, иногда катались верхом, проводили время в спальне или просто читали в библиотеке. Лорейн даже попыталась его нарисовать. На ее взгляд, вышло не очень хорошо, но Роберт тут же вспомнил о ее мечте рисовать для Владимирова. Уже конец сентября, он мог вернуться в Приморье. Однако Лорейн лишь отмахнулась. Теперь это желание казалось частью какой-то другой жизни, жизни «до». Она думала о том, когда появилась эта граница… А потом поняла, что будто застыла в моменте. Прямо здесь и сейчас она была счастлива с Робертом. Вспоминать прошлое совсем не хотелось, там осталось так много грустного, несправедливого и неприятного. А о будущем думать было страшно, ведь вновь могло что-то приключиться, и любовь Роберта растает как дым… |