Книга Потому что ночь, страница 50 – Кайли Скотт

Бенедикт только презрительно фыркает.

Вампиры жестоки по своей природе. Я это понимаю. Мы более удалены от источника пищи, чем большинство людей. А еще нужно учитывать политику и междоусобицы. Но эта комната — это уже слишком.

— Здесь достаточно оружия, чтобы начать войну.

— Или чтобы закончить одну. — Лукас смотрит на топор в витрине. — Но будем надеяться, что до этого не дойдет.

Глава 9

Я снова просыпаюсь в постели Лукаса. Он лежит на спине, закинув руки за голову, и смотрит в потолок. Не знаю, о каких глубоких мыслях он может думать. Должно быть, я заснула в гостиной, слушая, как Генри и Бенедикт рассказывают истории о прошлом. Несмотря на мои неоднократные просьбы выделить мне отдельную комнату, Лукас, видимо, перенес меня в свою. Видимо, он все еще не верит, что я не стану разгуливать на свободе. Это просто смешно. Генри, правда, с удовольствием рассказал мне, что ваза, которую я чуть не разбила прошлой ночью, — это Веджвуд 1793 года, одна из первых, стоимостью около полумиллиона. Но я бы не разбила ее, если бы за мной не гнался Лукас, так что вот так.

Мои похороны должны состояться со дня на день. Я не спрашивала, когда они похоронят меня, искусственно поджаренную в пожаре. Возможно, они просто поместят прах в урну. У меня нет никаких особых предпочтений. Такое грустное и ужасное время для моей семьи и друзей. У меня сердце болит при одной мысли об этом. Никому не нравится терять любимого человека или напоминание, что все мы смертные. Жаль, что у меня не сохранились фотографии с телефона или квартиры. Хоть что-то знакомое было бы приятным утешением. Например, моя любимая футболка или несколько украшений, которыми я дорожила. Наверное, старинный серебряный медальон, который мама подарила мне на двадцать пятый день рождения, был бы не у дел, даже если бы его не уничтожило пламя.

Горе — странная штука. И я оплакиваю свою прежнюю жизнь. Разные мелочи. Например, прогулка в кафе на соседней улице в воскресенье утром или случайные текстовые сообщения от друзей. Вся эта жизнь ждет меня всего в нескольких минутах езды отсюда. Но с таким же успехом она может быть и на Луне. По крайней мере, я до сих пор помню мамин голос и папин смех. Или то, как Николь закатывала глаза, когда я пыталась рассказать анекдот, который совершенно не уместен. И я снова и снова проигрываю эти заветные воспоминания в своем сознании.

А пока я живу в вампирском эквиваленте хоббитской норы на Голливудских холмах с кучкой бессмертных мужчин-моделей. Куда только не заводит жизнь. Или смерть, если уж на то пошло.

— Я думал о том, чтобы ты осталась сегодня в доме, — говорит Лукас из ниоткуда. — Но это неправильный выбор. Тебе нужно увидеть, как семьяработает вместе. А еще нужно, чтобы тебя видели, как ты вписываешься и занимаешь свое место.

— Ты боишься, что люди увидят во мне слабость.

От него ничего не слышно.

Я переворачиваюсь на бок, чтобы лучше видеть его. Но ничего не происходит. Я кривлю лицо и сосредотачиваюсь еще сильнее.

— Ты пытаешься читать мои мысли? — спрашивает он со слабой улыбкой.

— Не получается.

— Просто спроси, о чем я думаю. Так будет быстрее.

— Хорошо, — говорю я. — О чем ты думаешь?

— О том, что ситуация в Лос-Анджелесе сложнее, чем мне нравится. Но я по-прежнему считаю этот город своим домом. Пока, по крайней мере. — Он кивает подбородком на прикроватную тумбочку. — Выпейте свои пакеты с кровью. Как только солнце сядет, мы уезжаем.