Книга Анастасия, страница 56 – Лана Ланитова

По идее организаторов все старшеклассницы на этом балу были одеты в разноцветные платья. А на голове каждой из них было украшение в виде какого-либо цветка. Забегая вперёд, скажу, что все старшеклассницы должны были исполнять танец под музыку «Вальса цветов». Какой цветокпредставляла собою Настя, я так и не понял, но цвет её платья источал тонкое лиловое сияние. Узкая талия была затянута в нежный атлас, а по юбке, поверх атласа, словно дым, струился французский газ. Газовые цветы были и на ее милой головке. А волосы, ее чудные рыжие волосы упругими кудрями спускались на молочной белизны плечи и высокую грудь. Да, господа, у этой шестнадцатилетней девицы была вполне себе развитая и роскошная грудь.

Сказать о том, что я не мог оторвать от неё своего взгляда, это не сказать ничего. Как только я увидел её всю, ослепительно сияющую, то уже не видел и не слышал никого и ничего вокруг себя. А после был умопомрачительный танец старшеклассниц, и Анастасия Ланская всюду солировала в нём. По замыслам хореографов, она была сердцевиной огромного цветка, состоящего из разноцветных лепестков, её одноклассниц. «Вальс цветов» лился волшебным потоком в мои уши, а глаза… Я потерял их в рыжих волосах и тонких линиях её музыкальных рук.

Боже, как она была прекрасна! Мне казалось, что вся публика в зале – молодые и в почтенных летах – просто замерли от очарования, когда любовались на её плавные движения. А позади себя я отчетливо ощущал Митино дыхание. Мне казалось, что я даже слышу гулкое буханье его сердца. А может, так стучало мое собственное сердце. А дальше всё было, словно в угаре – я толком не помню, какое представление было дальше. Очнулся я только тогда, когда по огромному залу Арсеньевской гимназии стали вальсировать обычные пары. Преподаватели из Поливановской гимназии приглашали классных дам из Арсеньевской. Тут же приглашались пепиньерки и ученицы старших классов. Я постоянно следил глазами за Настей. Она отошла немного в сторону, к высокой статной женщине. Наверное, это её тетя Мадлен, подумал я.

К счастью для нас с Митей, к нам подошел седенький Журавский и с радостью облобызал нас обоих.

– Видали, какие у нас нынче выпускницы? – с гордостью сказал он. – Чего только графиня Ланская стоит. Писаная красавица!

– Аристарх Львович, – обратился я к нему, стараясь напустить на себя довольно вальяжный вид. – Я согласен с вами. Она довольно мила. Возможно, что среди прочих, нам есть смысл познакомиться и с нею?

– Конечно-конечно, – с радостью откликнулся учитель пения. – Я знаком с её тетушкой Мадлен Николаевной. Она все эти годы занималась воспитаниемсвоей единственной племянницы.

С важным видом я молча кивнул. Однако Журавский почмокал губами и шепотом добавил:

– Ланская – первая красавица в Арсеньевской гимназии. Это правда. Однако учится она средне. В парфетках не числится. А что касается состояния их семейства, так…

– Да, – с важным видом кивал я, не переставая лорнировать Анастасию. – И что там с их состоянием?

– Я точно не знаю, – шептал Журавский. – Говорят, что папенька её почти разорился и сбежал за границу. Но дом на Остоженке он всё-таки успел купить и дал небольшое содержание дочери.

– А где же мать Анастасии?

– Мать её умерла, когда Настя была совсем маленькой. Может, господа, с тех пор дела их семейства уже поправились, я точно не осведомлён… Георгий Павлович, зная вашего дядю и отца, я всё же посоветовал бы вам вперёд обратить внимание на девицу Лопухову. Она тоже графского рода, но состояние их семейства на много порядков лучше, нежели у Ланских. Её отец большой промышленник и имеет в своём владении несколько рудных и золотых приисков. Я полагаю, что ваш дядя бы одобрил эту кандидатуру и мне сказал бы спасибо за такое знакомство. А может, он и сам, когда вернётся из Лондона, познакомит вас с этой девицей. А вот и она, Лопухова. Он указал подбородком на коренастую и плотную девицу, одетую в лимонное платье. Девица улыбалась и чуть вызывающе смотрела в нашу сторону. Казалось, она понимала, что в этот момент эти симпатичные господа как раз говорят именно о ней. Но Лопухова совсем не понравилась мне. Да, и кто мне вообще мог теперь понравиться, кроме Насти?