Книга Пленение дракона, страница 126 – Миранда Мартин

— Ты в порядке? — спрашивает он, ухмыляясь.

Мне кажется, что я снова теряюсь в его взгляде, как влюбленная школьница, ошарашенная звёздами. Возвращая самообладание на место, я качаю головой.

— Да, — говорю я, перепрыгивая через пропасть и приземляясь рядом с ним.

Он ловит меня прежде, чем я успеваю приземлиться, сильные руки сжимают мою талию и притягивают меня. Наши губы встречаются, и расплавленный огонь обжигает меня в каждом месте, которого он касается. Напряжение в моих плечах и пояснице тает перед ним, и я сливаюсь с ним. Наконец он ставит меня на ноги.

— Думаю, я прогуляюсь с тобой, — говорит он.

— Я была бы рада, — сказала я.

Он берёт меня за руку, и мы продолжаем путь на первый этаж.

— Падрейг, вероятно, мог бы построить что-нибудь, чтобы починить эту лестницу, — говорит он,наблюдая, как я пересекаю балку, закрывающую ещё один разлом в лестнице.

— Было бы прекрасно, — говорю я. — Уборка остального мусора входит в мой список дел, как только мы всё уладим.

Когда мы доходим до первого этажа, я останавливаюсь перед дверью, ведущей в вестибюль. Как только я пройду, пути назад уже не будет. Я должна сделать то, что задумала. Гершом должен предстать перед судом.

— Ты уверена? — спрашивает Висидион. Не надо уточнять вопрос.

Это тот же вопрос, который мы с ним обсуждали снова и снова. Что мне делать с Гершомом? Он хочет, чтобы всё закончилось, но я не знаю, смогу ли я это сделать. Есть слишком много вещей, которые нужно учитывать. У Гершома есть последователи, люди, которые в него действительно верят. Если я казню его, он станет мучеником, и раскол между нами станет глубже.

У нас нет ресурсов, чтобы посадить его в тюрьму, а если и есть, то как мне убедиться, что он не сбежит?

Выживших так мало, а у меня нет данных исследований, которые я проводила на корабле. Я не могу запустить компьютерные модели прогнозирования на основе ДНК выживших, чтобы определить минимальную жизнеспособную популяцию. Я не знаю, чья ДНК лучше всего подходит для будущего выживания, и есть ли у нас вообще шанс. Нам нужно больше тел, больше людей, чтобы влюбиться, завести детей и создать следующее поколение. Каждый человек имеет значение, будь то человек или змай. Будущее, которое я вижу, принадлежит не двум расам, а одной новой расе. Младенцы — это наше будущее, гибрид людей и змаев, адаптированный к окружающей среде, но свободный от багажа прошлого обеих рас.

Гершом и его последователи являются барьером на пути к будущему. И всё же они являются его жизненно важной частью. Казнить его, и это придаст обоснованность его идеям. По крайней мере, некоторые из его последователей станут более уверенными в своих ксенофобских идеях, подрывая и разрушая наше будущее на каждом шагу. Оставить его в живых, и он сможет продолжать распространять свою злобу и ненависть.

Простого решения этой проблемы не существует.

Глубоко вздохнув, я положила руку на дверь. Висидион кладёт ладонь мне на спину, его прохладное прикосновение предлагает немую поддержку. Я открываю дверь и вхожу в вестибюль.

За окнами от пола до потолка уже собралась толпа. Перед фонтаном соорудилиимпровизированную сцену, и вокруг неё собралась толпа. Когда мы выходим на улицу под палящий жар двойных солнц, кажется, будто вся толпа поворачивается, чтобы посмотреть на меня. Тишина окутывает их одеялом. Они расходятся вокруг меня, когда я подхожу к настилу и поднимаюсь по нескольким ступенькам. На нём установлены три стола, имитирующие планировку зала суда.