Книга Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле, страница 201 – Леси Филеберт

Рэйес понимающе хмыкнул, но комментировать никак не стал.

А мне явно требовалось выговориться и выплеснуть эмоции не только внутрь себя, но и вслух.

– Я все еще в шоке от того, что Персиваль устроил этот цирк, да еще в таком публичном месте, – произнесла с раздражением.

– Вы встречались с Персивалем раньше?

– Да нет же! – горячо воскликнула я. – Никаких романтических отношений между нами никогда не было! Я и намеков на них никогда не давала!

– А Персиваль? Давал? Намеки, в смысле, – с улыбкой уточнил Рэйес.

– Видимо, да, но я их воспринимала обычной вежливостью и галантностью, – вздохнула я. – Всякие там периодические цветочки-конфетки, но не более… Я со своей стороны просто вежливо принимала подарки и шла дальше. Как ему вообще могло прийти в голову предлагать мне стать его женой, да еще в такой обстановке? Это все равно как если бы ты мне сейчас предложил выйти за тебя замуж, на глазах у всех, устроив представление на потеху публике!

– Думаю, у меня при этом шансов было бы больше, – хмыкнул Рэйес.

– Ты не слишком ли самоуверенный?

– В самый раз. Неуверенные в себе мужчины тебя никогда бы и не привлекли. Если ты не чувствуешь от мужчины внутренний стержень и мягкую силу, превышающую твою, то зачем вообще водиться с этим мужчиной? Но вы с лордом Туареттонгом очень разные. Он весь такой манерный, душный какой-то…

– Не то что ты, – желчно произнесла я.

– Именно! – жизнерадостно подтвердил Рэйес. – А мы с тобой были бы прекрасной семейной парой.

– Да что ты говоришь?

– Да-а-а-а, – мечтательно протянул Рэйес. – Только ты, я – и Кобай, который был бы дивной нянечкой для наших многочисленных деток. Ну и еще – хомячка Фросиньи. Или Ферсиньи? Тебе какая кличка больше нравится?

Я улыбнулась. Слова Рэйеса меня не раздражали и не вызывали желание оголитьсвой меч. Скорее уж – просто чрезвычайно забавляли. Я слышала смех в его голосе, и от него было как-то тепло и легко на душе.

– А что, между этими вариантами есть какая-то разница? И обычно женщины страдают такой ерундой как фантазирование будущей совместной жизни, – скептично хмыкнула я. – Не замечала такого за мужчинами.

– Да просто потому что мужчины обычно это или в себе держат, или в мужской компании обсуждают, – отмахнулся Рэйес. – Не каждый готов показывать настоящего себя. Обнажать свою душу непросто – ведь в нее могут плюнуть в любой момент. Особенно если неправильно рассчитать свои силы. Как это сделал лорд Туареттонг сегодня.

– Не боишься, что я тебе так в душу могу плюнуть?

– Нет. Ты не такая, – просто ответил Рэйес.

– Да ладно? Я только что громко отказала ректору на виду у многих наших коллег.

– Он сам виноват, – пожал плечами Рэйес. – Нечего было пытаться изображать из себя властного альфа-самца, к которому ты побежишь вприпрыжку, стоит лишь ему поманить своим хвостом и бриллиантовой пещерой.

Я хохотнула и с улыбкой глянула на Рэйеса.

С улыбкой, да – потому что наконец-то смогла расслабиться. Как-то очень незаметно это произошло, но напряжение действительно меня покинуло. Хотя Рэйес вроде бы ничего особенного для этого не делал… Просто шел рядом, разговаривал со мной и ничего не требовал в ответ.

– Очевидно же, что тебя никакими статусами и деньгами не привлечешь, – рассуждал он по дороге. – Зачем оно тебе? Ты сама кого угодно уешь этими пунктами. Чего только одна твоя родня стоит, которая любого недоброжелателя может в рог скрутить. Тебя можно пленить только искренней нежностью, любовью и заботой. Если ты сама не захочешь мужчину, ты никогда с ним не будешь, каким бы крутым перцем он ни был. Ты бы и мной не прониклась, если бы не увидела от меня заботу и любовь не на словах, а на деле.