Книга Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле, страница 204 – Леси Филеберт

– Тогда тем более не понимаю…

– Они сами попросили себя их запереть, когда ситуация стала критической…

– А она стала критической? Почему? Что случилось?

– Я сам не был свидетелем происшествия, но наши коллеги описывают это со стороны как «у Ильфорте и Эрика резко испортилось настроение, и это стало губительно влиять на всех вокруг». Понимаешь, о чем я?

Я хмуро кивнула.

Когда верховные маги пребывают в плохом настроении, вокруг них сам воздух становится будто ядовитым. У всех вокруг портится настроение, начинаются головные боли, различные артефакты и техника могут выходить из строя. Вот почему верховным магам крайне важно пребывать в хорошем, ну или просто нейтральном настроении. Приходится следить за этим, многочисленные медитативные практики нам в помощь.

– Я все еще не понимаю, зачем нужно было аж в карцер Армариллиса уходить.

– Ильфорте с Эриком работали с утра в Генеральном Штабе, коллеги-инквизиторы сообщают, что они с утра ходили мрачнее тучи и давили своей аурой так, что к ним с квартальными отчетами подойти боялись. А того, кто всё-таки рискнул подойти, сейчас откачивают в лечебнице. Потому что давлением ауры этих двоих мрачных тучек несчастного подчиненного вырубило еще на пороге кабинета Эрика.

– Э-э-э, – глубокомысленно протянула я.

Ну потому что мне пока нечего было сказать на эту шокирующую информацию.

– Собственно, сразу после этого Эрик и Ильфорте отчалили в карцер, осознав неладное и решив убраться подальше до выяснения обстоятельств, – бодро продолжал докладывать Морис. – Но главное вот что: Эрик просил передать тебе, что он вспомнил один нюанс, который может оказаться важным. В ночь перед тем, как ожил его кошмар, он видел странный сон. Короткий и бессмысленный, Эрик ему не придал значения и вообще о нем забыл, но в ходе разговоров с Наставником выяснили, что им в эту ночь снилось фактически одно и то же.

– Так-так, – я прям вся обратилась в слух, нутром чуя, что подобралась к какой-то важной зацепке. – И что же им снилось?

– Змея, – коротко ответил Морис. – Им снилась одинаковая черная змейка, которая укусила и поползла дальше.

– Ядовитый укус во сне? – нахмурилась я.

– Эрик и Наставник говорили, что змея была похожа на обычного ужа.

– Это как раз не имеет значения, –отмахнулась я. – Обличие снимых объектов переменчиво, ядовитая змея могла хоть червяком во сне прикинуться. Такое поймет только опытный сновидец. А под ее личиной могло скрываться кто или что угодно.

– Думаешь, эта змея как-то повлияла на оживающие кошмары наши коллег?

– Уверена в этом. Некто или нечто укусило не просто так, этот укус точно помог каким-то образом материализоваться кошмарам. Осталось понять, кто или что это делает, для чего делает, кто конечный заказчик этого безобразия, где он прячется, и как его обезвредить.

– Всего-то, – нервно усмехнулся Морис.

– Разберёмся. Спасибо за зацепку, Морис, будем думать дальше. Я попробую во снах поискать эту змею. Вряд ли это будет просто, но теперь хотя бы понятно, в какую сторону смотреть. А ты, пожалуйста, поручи кому-нибудь проверить настроение и состояние тех, чьи ожившие кошмары были отслежены и уничтожены ранее.

– Думаешь, у них тоже неполадки с магией?

– Уверена. Просто верховных магов это раньше не касалось, Эрик с Ильфорте стали первопроходцами, так сказать, а у них масштаб отдачи может быть в разы сильнее, чем у более слабых магов. Для нас это хорошо в том плане, что подопытные находятся прямо перед нами и могут всегда быть на связи, быстро анализировать свое состояние и сообщать о любых изменениях.