Книга Позолоченная корона, страница 115 – Марианна Гордон

– Онестус может прощать, сколько ему вздумается, – бросила она. – Но я не бог. Прощать грехи – это не для меня.

Принцесса издала какой-то звук, нечто вроде «хм-м», словно задумалась о чем-то, и ее пальцы крепче стиснули запястье Хелльвир. Прежде чем та успела отреагировать, Салливейн повела ее на площадку. Они медленно описали круг.

– Знаешь, я кое о чем размышляла в последнее время, – сказала принцесса. – Возможно, сейчас как раз подходящий момент для того, чтобы спросить.

Она отстранилась, не отпуская рук Хелльвир, потом привлекла ее к себе таким стремительным движением, что их бедра соприкоснулись. Они двигались не в такт музыке, подчиняясь какому-то собственному непонятному ритму Салливейн. Хелльвир показалось, что оркестр играет где-то далеко-далеко, что гости танцуют не рядом, а на другой лодке.

– Этот обмен, который ты производишь, кровь взамен души…

Хелльвир не понравилось, какое направление принимает их разговор. Что-то в голосе принцессы встревожило ее. Она чувствовала прикосновение горячих рук Салливейн, и это отвлекало ее; все ее тело было напряжено, как струна.

– Что вы хотели узнать насчет обмена? – осторожно спросила Хелльвир.

– Итак… откуда ты знаешь?

– Откуда я знаю что?

Салливейн пожала плечами, подняла руку, в очередной раз заставила Хелльвир развернуться вокруг своей оси и снова взглянула ей в лицо.

– Что нужно предложить взамен. Ты просто чувствуешь это или…

Она привлекла Хелльвир к себе, прижав ладонь к ее ладони. Сцепила пальцы с ее пальцами. Сердце Хелльвир дрогнуло, от аромата розовой воды кружилась голова.

– Или кто-то говорит тебе об этом?

Хелльвир проговорила, едва шевеля языком:

– Это Смерть. У нее свои правила.

– Да-да, – нетерпеливо перебила ее Салливейн. – Кровь в качестве платы за душу. Но кто забираеткровь? Кто отдаеттебе души?

– Почему вы решили, что это какое-то существо? У Смерти есть разум, сознание.

Пальцы Салливейн медленно сплелись с пальцами Хелльвир.

Хелльвир запаниковала.

– Я так решила, – произнесла принцесса, – потому, что я помню. Раньше не помнила, но теперь начинаю вспоминать. Я помню, что видела тебя. Помню, ты разговаривала с кем-то. Ты спросила у этого существа его имя, но оно отказалось назвать себя. Ты пожала руку тьме.

Хелльвир молчала. Ей хотелось выдернуть руку, отойти; ей не нравилось, что от близости Салливейн ее сердце трепыхается, словно мотылек, накрытый стаканом. И внезапно она поняла, что хочет ответить принцессе, рассказать ей все; с другой стороны, Хелльвир казалось, что это будет неправильно. Что это будет означать нарушение данного слова. Ей показалось в этот миг, будто не Салливейн, а сама Смерть смотрит на нее своими черными глазами – хочет увидеть, чью сторону она выберет.

– Я хочу знать, с кем ты там разговаривала, – продолжала Салливейн.

– Как я могу вам ответить? – произнесла Хелльвир наигранно легкомысленным тоном. – Как вы сами сказали, он не пожелал назвать мне свое имя.

– Он?

Хелльвир захотелось откусить себе язык. Она велела себе отнять руку у Салливейн – и это оказалось нелегко. Лишившись горячего прикосновения Салливейн, она ощутила холод.

– Я не могу сказать вам того, чего не знаю сама, – ответила Хелльвир. В конце концов, это было правдой. – Я ничего не знаю о нем, кроме того, что он может возвращать мне души в обмен на предметы из мира живых и капли моей крови. Он… что-то вроде привратника.