Книга Слово Вирявы, страница 132 – Анна Бауэр

– Подожди, Куйгорож. Я пытаюсь вызвать поезд. Это же моя память, мои дороги. А раз так – тут должны ходить поезда, – сказала Варя, не открывая глаз.

На лестницу, ведущую в зал, что-то плюхнулось. Потом еще раз. Два самых быстрых алганжея оторвались от стен и спрыгнули на мраморный пол. Теперь они медленно подползали, перебирая щупальцами. Куйгорож выбрал того, что ближе, взлетел к потолку и, целясь клювом в голову, ухнул оттуда камнем. Щупальца дернулись и сомкнулись над Куйгорожем. Пронзительно вскрикнула Варя. Совозмей изловчился и стукнул алганжея еще раз, хватка тут же ослабла, и он смог высвободитьсяиз слизистой ловушки – как раз вовремя, чтобы одним сильным ударом остановить вторую тварь, гнавшуюся за Варей.

Они едва успели обменяться взглядами, как на лестнице вновь послышались чавкающие звуки. Следующая дружина алганжеев вывалилась на пол черным блестящим киселем и потекла в их сторону. Там, где лежали трупы их сородичей, кисель разошелся на два потока, которые потом снова сомкнулись, и так же быстро устремился дальше. Видимо, гибель собратьев их ничуть не впечатлила.

Со стороны обрыва едва уловимо повеяло чем-то копченым и металлическим. Варины волосы и рубашку всколыхнул порыв ветра, принеся с собой нарастающее громыхание. Хозяйка почему-то улыбнулась.

– Бежим! Сядем в первый вагон! – крикнула она и бросилась вдоль края обрыва.

Варин голос прозвучал почти радостно, как если бы она решила какую-то загадку, и Куйгорож поспешил за ней.

«Вагон» – длинная железная коробка с горящими фонарями на носу и светящимися окнами по бокам – с грохотом вырвался из темноты, пронзительно заскрежетал, остановился и распахнул свое нутро.

– Скорее, заходим! – позвала Варя.

– Осторожно, двери закрываются! – произнес откуда-то сверху громкий голос, едва они успели юркнуть внутрь.

Несколько алганжеев прилепились присосками к окнам и дверям и бессильно скользили по ним. Один успел наполовину протиснуться в последнюю дверь. Махина тронулась и завизжала.

– Заклюй его, а то на следующей станции двери снова откроются! – закричала Варя.

Куйгорожа не нужно было просить дважды. Он подлетел к створкам и пробил насквозь щупальца гада. Ветер оторвал алганжея от двери и размазал по стенам подземелья.

Варя села на одно из многочисленных сидений и обхватила руками голову:

– Двери будут открываться на каждой станции. Если эти осьминоги догадались залезть в другие вагоны, то они попытаются проникнуть к нам на остановках. Ты один, а их так много… – В Вариных глазах стояли слезы. – Не нужно нам было сюда спускаться.

Железяка на колесах замедлила ход. Варя отбежала в начало вагона, а Куйгорож приготовился к обороне. Когда двери открылись, поначалу ничего не произошло. Ветер доносил звуки гуляющего воздуха и шуршание побеспокоенного мусора. Совозмей успел подумать, что, наверное, твари не сообразили, как пробраться к добыче, либо находятся слишком далеко, однако в последний момент в заднюю дверьзапрыгнули сразу два алганжея и одновременно понеслись вперед. Времени раздумывать, с какого начать, не было, и Куйгорож набросился на того, который оказался ближе. При первом ударе он промахнулся, но вторым пригвоздил гада к цветной картинке на стене. К красным, синим, серым, зеленым линиям прибавились черные потеки. Промедление Куйгорожа позволило второму алганжею подобраться к Варе. Когда совозмей обернулся, ее короткий крик перешел в захлебывающиеся звуки: дрянь уже пыталась затолкать ей в горло щупальца. Попасть в алганжея, не задев Варю, теперь было непросто. Гаденыш извивался так, что его голова постоянно качалась из стороны в сторону. Куйгорож исхитрился и уцепился за скользкий лоб лапами, прижал многонога к Вариной груди и прикончил его. По панару засочилась черная жижа. Щупальца выскользнули из горла вместе со рвотой. Откашливаясь и хватая ртом воздух, Варя опустилась на пол, прислонилась головой к сиденью. Ее спина судорожно вздрагивала. Между тем вагон снова замедлился. Сколько здесь этих остановок? Куда ведет их Варина память? И ведет ли куда-то? Что, если они все-таки оказались на этой самой «кольцевой» и теперь катаются по кругу?