Книга Моё небо, страница 23 – Анна Максимова

Я слишком отличалась от эромайцев своей моралью и взглядами на жизнь. Я была продуктом совсем иной системы ценностей. И даже те, кто явились учиться без сопровождения живых игрушек, меня не понимали. Из всей компании, с которой я села за стол в первый же день, только Шерина и тот паренёк, на ребёнка похожий, по имени Инсур, стали моими единственными приятелями. Но даже в их лице понимание искать было глупо. Для них это был привычный мир, и другим они его не видели. Потому друзьями стать нам была просто не судьба.

В этом проклятом мире я в полной мере осознала значение слова «одиночество». Несмотря на то, что большую часть своего времени я проводила в толпе и была занята, несмотря на не особо содержательные беседы с Шериной и Инсуром, я никогда до этого не чувствовала себя такой одинокой и никому не нужной. И это была истинная правда, в этом мире я была совсем одна, тут просто не было мне места. И пусть на родине у меня тоже не было семьи или близких друзей, но были надежды. Я знала, кто я и чего хочу. Я была дома.

С ашрианцем, который стал моим молчаливым соседом по воле судьбы, а точнее, Мараса, прогресса тоже не было. Я пыталась найти с ним общий язык, старалась относиться к нему по-человечески, заслужить хоть крупицу доверия, но всё бесполезно. Парень наглухозакрылся в своей раковине и не давал мне ни малейшего шанса, лишь сверкал иногда на меня своими яркими глазищами, в которых было что угодно, кроме тёплых чувств и эмоций.

И я сдалась. Я просто не в состоянии, у меня не хватает сил бороться с проклятой судьбой постоянно. Не хочет со мной контактировать? И не надо! За этот месяц с небольшим я чуть отточила навык управления и уже по привычке, почти на механике, утром и вечером выполняла комплекс действий, направленных на уход за парнем.

— Ты на обед идёшь? — вырвал меня из размышлений голос Инсура.

Кивнув, я стала собирать с парты учебные принадлежности и, обнаружив, что за время лекции в моей сумке образовалось нечто похожее на болото, лишь страдальчески закатила глаза.

— Что, опять? — с сочувствием спросил парнишка.

Кивнув, я показала ему свою сумку. На моё счастье, Инсур был стихийным магом, а точнее водником, и потому за короткий период времени он решил мою проблему. За что я искренне и благодарно ему улыбнулась.

Я говорила, что меня не любят? Так вот, если большинство просто выражают это кривыми взглядами и насмешками, на которые мне по большей части плевать, то есть и такие, кто делает откровенные гадости. Что самое обидное, делается всё это исподтишка, я даже не знаю толком, кто из этой толпы невзлюбил меня настолько, что не брезгует и грязными приёмчиками.

Хотя нет, одного знаю. Тот урод, который в первый же день издевался над рабыней в столовой. Лурен. Местная звезда. Девчонки по нему вздыхают, парни стремятся подражать. Естественно, как и у любой знаменитой и влюблённой в себя задницы, у него есть группа подпевал и девица ему под стать. Лурен — живое олицетворение Эромайского Королевства. Живой набор всех возможных пороков, которые тут считают нормой. Сын какого-то неприлично богатого хлыща. Один из немногих, кто добился разрешения взять с собой нескольких рабов. У него в распоряжении были две девушки и парень, и не брезговал он развлекаться со всеми ими. Впрочем, насколько была наслышана, он вообще был фанатом студенческих вечеринок, которые тут в основном начинались с пьянок и заканчивались оргиями. И похоже, он ещё тогда, в день определения потенциала, заметил мой взгляд и реакцию. Он единственный не стеснялся делать гадости, не скрываясь. Он и его девица по имени Дейла. Да что там,эта проклятая травля с него и началась! И самое горькое во всём этом было то, что ответить мне было совершенно нечем, и Лурен это знал.