Книга Ловушка для лжепринцессы, страница 69 – Ульяна Муратова

— Нельзя, — вдруг замер он. — До свадьбы нельзя.

Я замерла с его мочкой уха во рту. Если бы где-то проходил конкурс на самый неожиданный ответ, то Мейер его бы выиграл с серьёзным отрывом.

— Что?!

Мейер бережно ссадил меня на кровать и уверенно сказал:

— До свадьбы нельзя, Лисса.

— Даже целоваться? — шокированно спросила я, не в силах осознать происходящее.

— Целоваться можно, — хрипло ответил Мейер. — Остальное — нет.

Такого со мной ещё не было. Ну то есть в сексе мне ещё никто не отказывал. Ни разу. Никогда. Оказывается, это дико неприятно. Кто бы знал? Внутри всё бурлило от возмущённой неудовлетворённости и неудовлетворённого возмущения.

— Только тебе или никому нельзя? — ошарашенно посмотрела я на вилерианца.

— Никому. До тех пор пока ты не выйдешь замуж, мужчина не имеет права с тобой спать. Это абсолютное табу.

Судя по обжигающему взгляду и бугру на штанах, сам Мейер был бы не против продолжить. Но табу…

— И то есть никто… ни с кем… до свадьбы? — вытаращилась я.

— Да, Лисса. У нас с этим очень строго, — нахмурившись, кивнул Мейер.

Получается, что вот эта толпа могучих воинов — на самом деле боевой отряд девственников, ввести которых в ступор можно, задрав подол? Ох, не так воюют против них таланнцы, ох, не так!

Я с огромным трудом подавила истерический смешок.

Только не ржать! Только не ржать! Чёрт, хотя бы не ржать сильно и громко!

— Лисса, нам нужно выезжать. Я возьму завтрак с собой, если ты не против. Одевайся.

Мейер сбежал сначала в ванную, а потом и прочь из номера. Я оделась, собрала вещи и вышла следом, волоча свои тяжеленные саквояжи. Словно туда не один килограмм золота напихали, а сто!

Увидев меня на лестнице, Мейер с диким видом кинулся отбирать вещи.

— Лисса! — осуждающе воскликнул он. — Никогда не носи ничего сама!

— Просто ты ушёл…

— Я бы вернулся, — заверил боевой вилерианский девственник и добавил совсем тихо: — Пожалуйста, не позорь меня перед сослуживцами.

А я всё думаю: чего у них лица такие суровые, будто они по монетке между полупопий держат и уронить боятся? А оно вончего. Если б мне приходилось каждый раз жениться, чтобы с кем-нибудь посекситься, я бы тоже с таким лицом ходила.

Так, спокойно. Дышать! Раз… два… три… Не смеяться. Ни в коем случае не смеяться! Смех, как и секс — только после свадьбы!

Честно, я не помню, как оказалась в седле. Все моральные силы уходили на то, чтобы не расхохотаться. Я нашла глазами Куманту, но та сидела радостная и мечтательно улыбалась. Ещё не в курсе? Или, наоборот, уже в курсе?

И только остроносая Ильгира выглядела озадаченной. Поймав её взгляд, я сделала большие глаза. Она что-то шепнула своему вилерианцу, и тот перестроился поближе к нам. Теперь мы ехали рядом, и я изо всех сил сдерживалась, чтобы не спросить её, перепало ли ей чего-то сегодня ночью или нет. Но Мейер говорит на гленнвайсском, так что обсуждать его постельную жизнь вслух точно не вариант. Делать это вообще было бы крайне глупо и неприлично, но я всё равно с нетерпением ждала, когда представится такая возможность. Ильгира была чуть старше меня — её муж с удовольствием сдал в клан за то, что три года назад она родила мёртвого малыша и с тех пор не могла забеременеть, несмотря на походы к целителю. В родном городе её сочли порченой и без сожалений сбагрили внезапно объявившимся родственникам.