Онлайн книга «Аир. Хозяин болота»
|
Словом, прокрались девицы к времянке, что поставил себе чужак. Стали ждать. А сторожка ровно и нежилая: ни огонька, ни звука. Так и стояли они, пихая одна другую локтями да хихикая, покуда позади не раздался ядовитый голос: – Потеряли что, девицы? Не помочь ли поискать? Девки завизжали и кинулись врассыпную. Со всеми вместе и Залавушка, да не свезло: оступилась, упала, запачкавшись болотной грязью, да малость повредила ногу об острый сук. А подружки что? Свои бы ноги унести! Так и разбежались… Чужак перво-наперво показался не человеком, чудищем болотным. Замаранный золою, ссутулившийся, хмурый. Не человечье лицо, харю звериную углядела Залавушка! Но даже вскрикнуть не сумела – голос со страху отнялся. Она лишь подцепила да прижала к груди оброненную корзинку, так и не заполненную грибами. А чужак постоял маленько, ожидая, пока девка поднимется и припустит вослед за подругами. Не дождался, вздохнул и вышел из тени. Тогда только Залава поверила, что не сила нечистая по ее душу явилась. Всего-то обычный человек, уставший да давненько в баньке не парившийся. – Ну, чего разлеглась? – спросил он неприязненно. А Залава возьми да ответь: – Грибы вот собирала… Утомилась. Отдохнуть… Тогда стало ясно, что чужак мог улыбаться. Не шибко умело, так, словно позабыл, как оно делается. И Залава неловко улыбнулась в ответ. Болотник вздохнул, подал руку: – До сторожки хоть дохромаешь? Руду тебе замкнем. Боги сразу нипочем не сознаются, что вот она – судьба твоя. Им больше по нраву, чтобы люди друг к дружке присматривались, чтобы беседы беседовали и железные сапоги стаптывали. Но стоило девице вложить свою руку в протянутую ладонь, как сердечко замерло. Он! – Меня Залавой величают. А тебя как звать, добрый хозяин? Тот криво усмехнулся краем рта и задумался. Не иначе на месте сочинял себе имя. Наконец молвил: – Зови Аиром. Дом оказался под стать хозяину. Холодный, грязный, неуютный. Пустой. Не жилье – берлога. Только куль тряпья в углу брошен, навроде кровать, и грубо сколоченный стол с шаткой лавкой. Видно, великим мастеровым болотник не был. – Что морщишься? Не посадниковы хоромы, да, – фыркнул он. Залава бездумно ответила: – Я знать не знаю, какие у него хоромы… А Аир хохотнул: – Садись, что ли. Тут бы девке встрепенуться, докумекать, что не дело с мужиком-то один на один оставаться, но отчего-то она и приказа послушалась, и упорствовать не стала, когда хозяин приподнял подол ее сарафана и промыл рану чистой водой из бурдюка. А когда Аир вскинул на нее взгляд, потухший и холодный, сердце и вовсе сжалось от жалости. – Отчего тебя в деревне не любят? Мужчина передернул плечами: – Толку мне с той любви. – Как же… Одиноко без нее. Аир пробормотал: – Одиноко что так, что эдак. И больше ничего не сказал. Залава чаяла подступиться к нелюдиму, спрашивала, откуда тот родом и что привело его в Клюквинки, но тот знай указывал на дверь. Когда же стало ясно, что со знакомцем каши не сваришь, девка направилась к выходу. Но напоследок спросила: – Я еще приду. Можно? – Нельзя. Залава улыбнулась: – Я все равно приду. Аир дождался, пока девка притворит низенькую дверцу, и тогда только тоже растянул губы в улыбке. Так и повелось. Девка ходила будто бы в лес, но всякий раз оказывалась на болоте. И то тканый коврик с собой приволочет, то свежий, только из печи, хлеб, то вышитый рушник. Глядь – уже и не времянка вовсе в топях стоит, а навроде как жилой дом. Ей и прибраться было в радость, и сготовить что-нито. Аир все больше сидел в углу, супил густые брови и читал. Немногое он принес с собою из тех краев, что покинул, одежу и ту не захватил, только денег и книги. И последние берег как коршун. На третьи или четвертые гости Залава заметила, что вовсе хозяин и не читает, а следит за нею поверх страниц. И на другой раз, собираясь к Аиру, она украдкой накраснила губы и щеки. |