Книга Невеста не из того теста, страница 63 – Екатерина Мордвинцева

— Всем оставаться на месте! Ни с места! — скомандовал один из стражников, грубо хватая меня за руку. Его лицо было суровым, глаза металлически блестели в свете факела. — Всех в участок! Быстро! И этих тоже, — кивнул он на лежащих бандитов.

Наши слабые, заплетающиеся попытки объяснить, что мы жертвы, а не нападавшие, разбились о каменные, не видящие ничего, кроме фактов, лица законников. Они видели одно: трое избитых, возможно, покалеченных мужчин, разрушенный участок улицы и нас, странную компанию из учениц Айстервида, стоящую в центре этого кошмара.

Нас, едва живых, поволокли в участок. Леону почти несли, её ноги волочились по земле. Элис шла, всхлипывая и пытаясь что-то объяснить стражнику, который молча тащил её за локоть. Я же, всё ещё не в силах прийти в себя от случившегося, молча смотрела на свои ладони. На них не было ни ожогов, ни следов магии. Но я чувствовала. Я чувствовала, как по ним будто бегут тысячи раскалённых иголок, и в груди пульсировала странная, чужая пустота. Это была не чужая сила, не проделки Мартина. Это была я.

Ясмина Гейтервус

Скамья в камере была холодной и липкой, будто её только что вытерли грязной тряпкой. Я сидела, вжавшись в стену, и пыталась дышать ровно, но воздух в крошечной, безоконной каморке городского участка был густым и спёртым. Он пах старым страхом, дешёвым табаком и потом — не нашим, а тысяч других несчастных, которые побывали здесь до нас. Каждый вдох обжигал лёгкие, напоминая, куда мы угодили.

Элис сидела рядом, прижавшись ко мне плечом. Её тело непрерывно мелко дрожало, а пальцы судорожно теребили край платья. Леону унесли почти сразу — двое стражников в грубых мундирах подхватили её безвольное тело и, бормоча что-то про «лекаря», увели вглубь здания. Я пыталась протестовать, но мои слова разбились о каменные лица. Мы были не ученицами аристократической академии, а всего лишь тремя подозрительными девчонками, застигнутыми на месте непонятного происшествия.

За тонкой деревянной перегородкой, в соседней комнате, раздавались голоса. Голос стражника, усталый и раздражённый, и другой — визгливый, полный боли и злобы. Я узнала его. Это был тот самый верзила с дубинкой.

— ...они ведьмы, говорю вам! — почти выл он. — Нас просто так отшвырнуло, будто ураганом! Мы мирно шли по своим делам, а они как закричат, и нас отбросило! Это чёрная магия! Сожгите их!

Ледяная волна страха прокатилась по мне. Он лгал. Лгал нагло и убедительно. И его ложь была страшнее любой правды. Потому что картина, которую видели стражники, говорила в его пользу. Трое взрослых мужчин — один с сотрясением, другой с вывихнутой рукой, третий весь в синяках. И мы — три девушки, на вид хрупкие и перепуганные, без единой серьёзной царапины. Кто поверит в нашу историю о самообороне? Кто поверит, что это я, Ясмина Гейтервус, вечная неудачница, смогла такое сотворить?

«Это была не я», — хотелось закричать. — «Это что-то внутри меня».

Но это прозвучало бы ещё безумнее.

— Они нам ничего не сделают, правда? — прошептала Элис, и её голосок дрогнул. — Мы же ничего не украли, никого не убили...

Я лишь молча сжала её руку. Украсть мы ничего не успели. Но мы кое-что сломали. Мостовую. И, возможно, жизни этих людей. И использовали для этого магию, о которой никто не должен был знать. Особенно ректор. Студентам категорически запрещено использование магии вне стен академии.