Книга Попаданка: Кружева для Инквизитора, или Гламур в Лаптях, страница 30 – Инесса Голд

— Варвара расцвела, — хмыкнул он. — Слышал, бизнесом занялась? Люблю бойких. В хозяйстве пригодится.

Он повернулся к отцу и улыбнулся своим золотым частоколом.

— Я прощу долг, Кузьма. Весь. Подчистую. Если отдашь мне старшую дочь. Прямо сейчас. Карета ждет.

Кузьмич открыл рот, потом закрыл. Дуняша в углу тихо завыла.

Я шагнула вперед, вставая между отцом и этим позолоченным жабом.

— Тормози, папик, — произнесла я громко. — Я не мешок картошки и не акция на распродаже. Я — генеральный директор этого, пусть и маленького, холдинга. А ты кто такой, чтобы условия ставить?

Охранники схватились за сабли. Зубов поднял руку, останавливая их. Моя наглость его не разозлила, а развеселила.

— Директор, значит? — он достал из внутреннего кармана шубы сложенный пергамент. — А это что, директор?

Он развернул вексель.

— Читать умеешь? Пункт двенадцатый, мелким шрифтом. «В случае форс-мажора или неплатежеспособности заемщика, кредитор имеет право требовать залоговое имущество, включая членов семьи женского пола, досрочно».

— Форс-мажор — это наводнение или война, — парировала я, хотя внутри все похолодело. Юридическая грамотность местных оставляла желать лучшего, но бумага выглядела настоящей.

— Форс-мажор — это мое желание жениться, детка, — осклабился он. — Я вдовец, мне скучно. А ты девка видная, с характером. Будешь мне пятки чесать перед сном и сказки рассказывать.Собирайся.

Он сделал жест охране. Один из громил шагнул ко мне.

У меня не было оружия. У меня не было магии. У меня был только язык и блеф.

— Стоять! — рявкнула я так, что громила затормозил. — Ты можешь забрать меня сейчас, Игнат. Силой. Но тогда ты получишь просто жену. Злую, мстительную жену, которая подсыпет тебе в суп толченое стекло.

Зубов хмыкнул, но слушать стал внимательнее.

— А если ты включишь мозг, — я постучала пальцем по виску, — то поймешь, что я стою дороже.

— Это как же?

— У меня контракт. С Императорским Двором.

В комнате повисла тишина. Даже мухи перестали жужжать.

— Врешь, — неуверенно сказал Зубов.

— Проверь, — я пожала плечами. — Мой куратор — Граф Волконский. Мы готовим партию эксклюзивной косметики к Большой Ярмарке перед Балом Губернатора. Прибыль покроет твой жалкий долг втройне.

Я видела, как в его глазах вспыхнул алчный огонек.

— Втройне? — переспросил он.

— Минимум. Но если ты меня сейчас увезешь, сделка сорвется. Производство встанет. Граф расстроится. А ты знаешь, Игнат Порфирьевич, что бывает, когда главный Инквизитор расстраивается? Он начинает искать виноватых. И находит их. Обычно — по частям.

Имя Графа сработало как заклинание. Зубов побледнел. Связываться с Волконским ему не хотелось.

Он задумчиво почесал подбородок. Потом вдруг сделал странную вещь.

Он достал из кармана жилета монокль. Не простой, стеклянный, а с какой-то сложной оправой, по которой бегали искорки. Вставил его в глаз и посмотрел на меня.

Затем перевел взгляд на пол. На стены. На окно, за которым виднелась мыловарня.

— Фон сильный… — пробормотал он себе под нос. — Очень сильный. Не врет девка, тут что-то есть.

Он спрятал монокль и снова улыбнулся. Но теперь улыбка была не сальной, а хищной и расчетливой.

— Хорошо, Варвара. Ты умеешь торговаться. Я уважаю деловых людей.

Он свернул вексель.

— Я даю тебе срок. До Бала Губернатора. Это ровно две недели. Если в день бала ты не принесешь мне долг с процентами — пойдешь под венец. Сама. Добровольно.