Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 19 – Юлия Марлин

Белоглазые чудовища давно покинули ее сны, но иногда казалось, они отчаянно рвутся обратно. Возможно (и так считала настоятельница) преградой для них были стены монастыря и изгоняющая зло молитва. Как надолго камни и божье слово могли задержать волю мрака — оставалось неведомо. А недавно в ее душу закралось сомнение — уже третий месяц она ощущала во снах след присутствия призраков, восставших из ледяных могил севера. Несмотря на то, что София всячески гнала темные мысли, в самый глухой и злой час, когда сон особенно сильный, она вновь начинала слышать ветреную балладу, в которой демоны звали за собой.

Послушница помотала головой, отгоняя дурные мысли. Из-за темного купола, блестел бледный месяц. Лучик скользнул по каменной стене, припал серебристым столпом на подоконник и, пронзив оконную раму, коснулся лица девушки.

Вдруг во дворе раздался собачий лай — под окнами стаей обезумевших светлячков заметался хоровод фонарей.

— Именем князя Будиша, повелеваю открыть!

София узнала этот голос. Послушницу бросило в жар. Предчувствия не солгали — Волки прибыли в Аргу неспроста. Калейдоскоп мыслей и страхов захлестнул ее сонное сознание, бросив в пламя ужаса и отчаяния.

Коридор тем временем наполнился топотом и визгливыми криками. Дверь кельи слетела с петель практически сразу. На пороге вырос Игорь и два воина в кольчугах. В мутном свете фонаря его лицо походило на размытую кляксу.

— Собирайся! — Громко велел брат. Ни доброго слова, ни вопросов о здоровье, только короткое: — У тебя десять минут.

Келью обступили полусонные монахини, вопросы посыпались на послушницу один за другим. София замотала головой, не понимая, что случилось. Дальше все было, как в тумане. Стражники не дали толком одеться, подхватили под локти и поволокли к выходу. Расспросам и мольбам сестер и матери-настоятельницы, они не внимали. Лишь коротко бросили:

— Указ князя Будиша. Посторонитесь с дороги.

* * *

Повозка выехала на лесную дорогу, заросшую по обочинам стальными листьями подорожника, и взяла направление на восток. София, успевшая накинуть на плечи шаль, нервно кусала губы. Холодный ветер играл светло-русыми локонами, рассыпанными на плечах. Зеленые глаза переполняли росинки слез.

Внезапный визит брата, которого она не видела больше трех лет, сухие фразы: «скоро узнаешь», перепугали до полуобморока. Если бы не гнетущий страх, сковавший сердце ржавыми цепями, девушка, несомненно, залюбовалась бы красотой ночного мира, залитого сиянием звезд. Огни созвездий взирали с той стороны небесного купола, и послушница помнила имя каждого из них. Сколько безлунных ночей она провела, сидя на крыше монастырского амбара, засматриваясь в недостижимую красоту далекого неба.

«Ночной Волк, Оримина, Поллукс искрятся жемчугом на востоке. Андиада, Пурпурный Крест, Большой Пес полыхают золотом на западе. Ковш, Альрами, Тарес сверкают бриллиантами на севере. Угольный Замок, Южный Сив, Маллика горят изумрудными огнями на юге».

Прекрасные и далекие слезы вселенной всегда наполняли ее искалеченное сердце покоем. Будь она свободна, заслушалась бы громким пением лягушек в медунице и вереске. Подивилась бы звонкому стрекоту кузнечиков во влажных листьях лопуха. Не оставила бы без внимания свежий сладкий аромат дикой сирени. Порадовалась бы крикам ночного филина с ветки одинокой сосны. Не сейчас.