Книга Живое Серебро, страница 202 – Anne Dar

Я не развернулась и не пошла дальше вовремя, поэтому эта женщина начала непрошенно высказываться, а я почему-то вместо того, чтобы всё-таки уйти, осталась стоять на месте, позволяя ей говорить, а себе позволяя слушать:

– Мне ведь всего лишь двадцать лет, а я уже мать троих детей, представляешь? Ведь я всего лишь на один год старше тебя. Не спрашивай, откуда я знаю твой возраст: над тобой тоже сильно поиздевались, так, что теперь твой возраст – меньшее из того, что о тебе известно каждому жителю Кар-Хара. Я вышла замужне по любви, а из страха. Орхус, в отличие от меня, был страстно влюблён ещё до брака, не получая же от меня взаимности, стал агрессивно настроенным поклонником. Я была из обедневшей кар-харской семьи, недавно осталась сиротой, так что я действительно испугалась угроз бывшего ликтора, разбогатевшего якобы на наследстве своего дяди: он обещал уничтожить меня и мою няню, если я не выйду за него замуж. Мне было шестнадцать, а Орхусу тридцать, когда наш брак состоялся. Сначала он действительно любил меня, но я его полюбить так и не смогла… Наверное, поэтому он начал избивать меня после рождения третьей дочери. Первую дочь я родила ещё до своего семнадцатилетия, вторая была рождена спустя одиннадцать месяцев после первой, третья появилась на свет ещё до моего девятнадцатилетия. Три года беспрерывного вынашивания и рождения детей, которых, несмотря на своё отношение к их отцу, я искренне люблю всем своим разбитым сердцем: все мои дочери и внешне, и внутренне пошли в меня, будто нарочно не взяв от своего отца ни толики его сущности. В Кар-Харе сейчас борются с массовым бесплодием, из-за чего контрацептивы и аборты находятся под строгим запретом, поэтому я рожала одного ребёнка за другим – я никак не могла обезопасить себя, что не просто устраивало Орхуса, но делало его счастливым: чем больше детей у кар-харского мужчины в разгар всеобщего бесплодия – тем выше его статус. Поэтому я очень обрадовалась, а он крайне расстроился из-за того, что после рождения третьей дочери мой организм внезапно перестал удивлять своей плодородностью – с момента рождения младшей дочери прошло уже больше года, а я до сих пор так и не забеременела повторно. Полгода назад он начал грубо насиловать меня из-за этого: ему нужен был статус повыше, что запросто могло организовать для него появление новых детей, которых, по его мнению, я должна была рожать от него бесперебойно раз в год. Он жаждал иметь сына, – при этих словах рассказчица нервно сглотнула. – Я обожаю своих дочерей, но никто и представить себе не сможет, как я счастлива, что не родила от этого подлеца ещё одного ребёнка, тем более мальчика – у Орхуса не останется продолжателя рода и он уже никогда не получит от меня того, что хотел… Спасибо тебе за это.

Она закончила свою исповедь. Я молча кивнула, таким образом давая понять, что я,как смогла, посочувствовала её страданиям и приняла её благодарность, после чего развернулась и, уже не раздумывая о том, стоит ли мне убивать её, как свидетельницу, отправилась дальше по тёмному коридору, следуя напрямую к своему купе, расположенному почти в самом конце вагона. Кому, как не мне знать, как сложно быть женщиной в мире правящих мужчин?

Что с Сальмой Орхус будет дальше? Всё богатство её бывшего мужа всецело перейдёт в её руки, так что следующие шестнадцать лет она и её дочери будут жить не в роскоши, но в комфортной кар-харской обстановке, после чего случится Падение Дилениума от Стали. Сальма это событие не переживёт – пополнит ряды Блуждающих, как и две из трёх её дочерей. Одна дочь, средняя, выживет и сможет спасти трёх мальчиков-племянников, с которыми ещё долго проживёт на территории Павшего Дилениума. Но до этого ещё далеко – ещё даже Теа Диес не выросла из невинного ребёнка во взрослую девушку, так что о столь далёком будущем пока ещё нет смысла задумываться.