Книга Леди любят артефакты, страница 57 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

— Почему мне должно стать плохо в Золотых Холмах? — устало спросилая, откидываясь на чугунную спинку скамьи.

— В моей дурацкой шутке с гаданием все, кроме незнакомца, увы, было правдой, — склонившись, затараторила Инграм. — После смерти Вивиан замок превратился в настоящий склеп. Почти всех слуг распустили, а те, что остались, только и живут воспоминаниями о ней. Генри, который, между нами, душкой никогда не был, совсем одичал, а Беатрис… — Мелани махнула рукой. — Вы же успели с ней познакомится и сами видите, что мои слова про скверный характер никакие не выдумки.

Я опустила взгляд, стараясь не смотреть в глаза Мелани. Все, что она говорила, было недалеко от истины, только вот я не собиралась в ближайшее время появляться на пороге бабушкиного дома с чемоданами в руках. Вдруг она меня расспрашивает, чтобы доложить Блэквуду? Все же они давно знакомы, мало ли, какие между ними отношения? Нужно перевести беседу в безопасное русло.

— Гувернантке не подобает обсуждать ни хозяина дома, ни подопечную.

— Конечно-конечно, я и не собиралась ничего обсуждать, просто констатировала факты.

Между нами повисло молчание. И я вдруг осознала, что начинаю невольно ерзать на своем месте. Прямо как в детстве, когда пыталась поскорее закончить какое-нибудь скучное занятие. Нужно срочно найти повод завершить эту странную беседу, но все благовидные предлоги оставить леди Инграм наедине с ее безумными планами, как назло, вылетели у меня из головы.

И тут совсем рядом раздалось звонкое:

«Жила-была магичка в дырявом колпаке,

И зелий наварила для жаб в большой реке…»

Кусты зашевелились, и спустя какую-то секунду оттуда показалась чумазая мордашка Кристофера. А вскоре, к беседке, пыхтя, вышел и он сам, придерживая на плече плетеную корзину с какой-то травой. Вся его одежда была перепачкана землей, а на рубашке висела гроздь репейника.

— Добрый вечер, мисс Лавлейс, — поприветствовал он меня, как только заметил.

А дальше произошло нечто странное. Я вдруг увидела, как улыбка тотчас сползла с лица мальчика, точно солнце вдруг заслонило тучей. В один миг беззаботное выражение сменилось недоверчиво-настороженным, а сам он весь как-то сжался, словно хотел казаться меньше ростом.

— Леди Инграм, — мальчик слегка поклонился в сторону Мелани.

— Кристофер, — голос Мелани сделался ласковым,а лицо вдруг приобрело мечтательное выражение. — Как поживаешь, малыш?

— Э-э-э, хорошо, — ответил мальчик и сделал шаг назад.

Я глядела на этих двоих и не могла найти объяснений. Кристофер казался мне веселой обезьянкой, мальчишкой-сорванцом, а тут такая странная реакция… Страха или обиды? Трудно представить, чтобы Мелани при всей своей своевольности стала проявлять жестокость к сироте. Она была слишком не похожа на тех аристократов, что готовы отдать приказ выпороть кого-то на конюшне за мнимую дерзость. Или все же мальчик действительно успел провиниться перед леди, получил наказание и теперь опасается ее?

— Простите, мне надо бежать, — Кристофер, будто оправдываясь, приподнял в воздухе свою корзинку, демонстрируя содержимое. — А то повариха мне шею намылит, если я не принесу шафран.

Не дожидаясь пока ему ответят, мальчик уже без веселой песенки, быстро припустил по тропинке и скоро совсем скрылся из виду. Я бы с удовольствием последовала за ним, жаль только, что такое поведение не для леди. Вот и Мелани тоже смотрела ему вслед с какой-то тоскливой задумчивостью.