Онлайн книга «Леди любят артефакты»
|
Мы с бабушкой при всем желании не смогли платить огромные налоги за выгоревшую землю, которая не приносит дохода, и она спустя пару лет отошла короне. Компенсации как раз хватило, чтобы дать мне достойное образование и подновить бабушкин столичный особняк. Расспросы об этом до сих пор были мне не слишком приятны. Я подняла голову и, глядя лорду прямо в глаза, ответила: — Я была слишком мала, когда это случилось, поэтому все решения, касающиеся моей судьбы, принимала бабушка. Она отказалась от пенсии. И, признаюсь, я рада, что она поступила именно так, иначе, не исключено, что мне пришлось бы выходить замуж по указке короны. — А это плохо? — Не иметь выбора? — ответила я вопросом на вопрос. — Знаете, говорят, брак без любви обречен на любовь вне брака. Мне бы не хотелось попадать в эту западню. — Занятно, — Блэквуд слегка кивнул головой, будто соглашался со мной. — Однако поверьте моему опыту, брак не столько духовный, сколько материальный союз. И если сделку с короной рассматривать под этим углом, то она более чем выгодна. Вам, безусловно, подыскали бы супруга не слишком родовитого, но очень обеспеченного и полезного короне. А вы в свою очередь подарили бы ему свою древнюю фамилию и пропуск в высшее общество. Аргументы Блэквуда, на первый взгляд, казались весьма разумными, только вот никакая родовитость не помешала бы супругу на законных основаниях отнять у меня детей и заключить неугодную жену в какое-нибудь дальнее поместье, а потом забыть там навеки вечные. Если не хуже. Древний род это не только имя, но и семья, которая всегда может защитить, и дом, в который можно вернуться. А корона, поощряющая своих подданных выгодным браком, не выглядит надежным заступником. — Не думаю, что любовь исключает материальное благополучие, — ответила я, пытаясь как-то завершить неприятную тему. — А вот в том, что погоня за наживой лишает любви, я абсолютно уверена. "Несмотря на то, что бабушка постоянно пытается убедить меня в обратном" — пронеслось в голове. Она со своими безнравственными советами выйти замуж за старика и ждать его смерти, чтобы получить наследство и всю ту полноту свободы, чтоесть у вдов, исходила из житейской практичности. Наверное, даже желала мне добра. Но меня мутило от одной мысли, что я могу поступить подобным образом. Лучше буду трудиться, самостоятельно зарабатывая себе на хлеб. Блэквуд так пристально глядел на меня, точно пытался прочесть мысли, и от этого взгляда я чувствовала себя все более неловко. Наконец, он опустил глаза и потянулся к инкрустированной черным камнем шкатулке-хьюмидору. Вытащив из нее сладковато пахнущую сигару, он, надкусив корешок, небрежно подкурил ее щелчком пальцев. Затянувшись, откинулся в кресле и жестом пригласил меня занять стул напротив. — А вот я ничего дурного в браке по расчету не вижу, — сказал Блэквуд, выпуская дым. — В любом случае, у такого союза есть одно неоспоримое преимущество — ему не грозит угасание чувств. Я не стала спорить. Утверждение было очевидным, только вот голос мужчины показался каким-то усталым. Но мое молчание лорд Блэквуд, видимо, истолковал по-своему. — Впрочем, молодой девушке этого не понять, — снисходительно улыбнулся он. А вы очень молоды. Моложе, чем я мог себе представить… Я не стала оправдываться, услышав подобное замечание. В конце концов, в рекомендательном письме мой возраст не скрывали. |