Онлайн книга «Ибо однажды придёт к тебе шуршик…»
|
В свете факелов, тускло освещающих гробницу, лицо бедняжки выглядело трагически опустошённым. «Так-так-так… ещё мгновение… и я должна буду тебя увидеть. Только бы всё было похоже на взаправду…» – и как бы невзначай кинув взгляд к подножию возвышения, на котором возлежало её ожившее естество, она обнаружила его – весь смысл своей жизни! Смысл лежал, раскинув руки, и признаков жизни не подавал! Ах, любимый, что с тобой?! Соскользнув с плиты, Иринка опустилась на колени перед онемевшим телом их высочества, а губы произнесли тихо и растерянно: Открой глаза! Не дышит? Как всё странно… «Туточки я замечаю флакончик…» – эхом пронеслось в сознании. Что у него в руке? Он выпил яд?! Безумный! Что ты натворил с собою?! «Теперь мою душу должно разорвать отчаяние от бессмысленности всех усилий…» – на глазах несчастной блеснулислёзы невыносимой муки, и она крикнула со всей болью, на какую только способно шестнадцатилетнее дитя: Опять нас бог разъединил! Никак Не наиграется с любовью! «Вижу кинжал в ножнах возлюбленного…» – девочка извлекла заточенное лезвие и занесла его над головою. – Сейчас будет презабавненько!» – усмехнулась озорная хулиганка, не выходя из образа, и только крепче обхватила рукоять, дабы многоточие было расставлено жирно: Но мрака ты не побоялся. Что ж, Ты шёл ко мне. И я пойду навстречу. И пусть финал любви решит твой нож — Поставит точку… Она бросила взгляд на сверкнувшее в полумраке острие, и металл отозвался ей, жаждой пузырящейся крови: Ведь всему предтеча Ты. ТАК СИДИ В ЧЕХЛЕ! И со всей обречённостью, на какую только способна обезумевшая от горя влюблённая, кинжал вошёл в тело Иринки, под сочувствующий «ах» смотрящих. Даже король и королева привстали со своих кресел, не на шутку растревоженные разворачивающимися событиями. Припрятанный под платьем мешочек с жидкостью лопнул, окрасив белое платье воспитанницы пурпурной отметиной. «О-о…», – прокатилась по рядам волна сопереживания. «А ведь сработала фишка! – подумала удовлетворённая произведённым эффектом лицедейка не без тщеславной нотки. – Эх, я бы ещё провернула его дважды», – но озорной бесёнок внутри согласился с тем, что это было бы уже неуместно. И стон умирающей повис в натянувшейся тишине импровизированного театра: …Творец, ликуй! А мне: с губ этих смертный поцелуй… В последнем, агонизирующем движении, умирающая потянулась к нежно любимому королевичу, склонилась над ним и… неожиданно для себя, поцеловала совсем не по-театральному, а крепко, словно бы прощалась и в самом деле навсегда… В следующую секунду пламя масленых фонарей угасло, на подмостках воцарилась тьма, будто бы разом померкло солнце. И это было вторым предзнаменованием надвигающейся катастрофы. Только факел на сцене продолжал коптить, поигрывая длинными пляшущими тенями. По рядам прокатилось шаткое волнение. Гости занервничали. Веер в руках королевы Померании хрустнул пополам, а принцесса Лея вскочила и выбежала из ложи. Растроганная представлением, Ольга проводила её непонимающим взглядом и высморкалась в платок. Невзирая на свои дикие корни, она была чертовски сентиментальна! В это время на сцену наконец-то ворвались люди с факелами, ив зале заметно посветлело. Увидев последствия разыгравшейся трагедии, Митя, переодетый в средневековые одежды, разразился длинным монологом. Но король Владислав уже не слушал его. Покинув ложу, он торопился догнать Марго и её дочь. |