Книга Повелитель Лжи, страница 160 – Даниэль Зеа Рэй

Гронидел спрятал улыбку, зарываясь носом в распущенные волосы Сапфир. Возможно, они с женой и не первооткрыватели данного секрета, но позже он обязательно найдет время, чтобы сделать о подобном эффекте воздействия маны на тело во время занятий любовью.

Принцесса откинула голову, задыхаясь и приходя в себя. Невообразимая поза отдавалась болью в руках, удерживающих Сапфир в воздухе.

– Это было очень… впечатляюще, – заметила жена и лизнула его за ухом.

– Я теперь опасаюсь не повторить подвига и упасть лицом в грязь, – хмыкнул он.

Сапфир прикусила мочку уха.

– Хотя тренировки способны довести любой талант до уровня совершенства, – тут же подметил Гронидел.

– Надеюсь, ты без меня больше ни с кем не тренировался? – спросила она на зальтийском.

– Я бы пошутил, но боюсь, ты не оценишь, – сказал принц и заглянул ей в глаза.

– Даже если тренировался, лучше соври, – прошептала она совершенно серьезно.

– Я тебе не изменял, – так же серьезно ответил он. – Никогда. Клянусь именем матери и собственной жизнью.

Сапфирскрыла улыбку и чмокнула его в щеку.

– Отнеси меня в ванну, муж мой. – Она поиграла бровями. – Я нагрею воды, и мы займемся в ней непристойностями, чтобы затем перебраться в кровать и продолжить пробовать разные позы.

– Мне нравится твой план, – сказал он и нежно поцеловал ее в губы.

Сапфир

Они нежились в объятиях друга, наслаждаясь жаркими поцелуями и вызывающими ласками.

За окном все еще царила ночь, когда глаза Гронидела начали закрываться сами собой. Сапфир пробежала пальцами по мягкой щетине, проступившей на его щеках, и зашептала, словно молитву:

– Выживи, прошу тебя. Только выживи.

– Если вдруг… – Гронидел тяжело вздохнул. – Если не вернусь, дай мне слово, что будешь жить дальше. Не выживать, а именно жить. Путешествовать, узнавать новое, любить…

Сапфир поморщилась. Не это она желала услышать от мужа, лежа с ним в постели после долгих часов развратной нежности и обжигающей страсти.

– Любить и ни о чем не жалеть, – сказал Гронидел. – Говорят, высшая добродетель в умении желать любимым счастья, пусть даже и не с тобой. Я желаю, чтобы ты была счастливой. Счастливой и свободной.

Она долго смотрела на него своими красными глазами, наполненными слезами, пока наконец не произнесла:

– Я люблю тебя, муж мой. И в горе, и в радости, и после смерти я все равно буду любить только тебя.

– И в горе, и в радости, и после смерти я буду любить только тебя, жена моя, —прошептал он, подавляя слезы, и накрыл ее губы своими.

* * *

Дождавшись, когда Гронидел уснет, Сапфир бесшумно покинула постель. Сердце болело, словно в него вогнали кол. Но другого выхода не было.

Она должна найти Рубин и Хейди. Должна.

Натянув измятое платье, принцесса в последний раз обернулась и взглянула на мужа, раскинувшегося поперек кровати. Увидятся ли они вновь? И сможет ли он когда-нибудь простить ей молчаливый уход?

Принцесса медленно выдохнула и вышла в коридор. Замерла напротив двери в янтарную комнату, которую спиной подпирала Обринь.

Осознав, что ее подловили в момент бегства, девушка прижала палец к губам, призывая зальтийку хранить молчание.

Обринь хмыкнула и бросила в руки Сапфир сверток с чистой одеждой и сандалиями.

* * *

– Ты опоздала, – в укор шикнул Галлахер, явно устав переминаться с ноги на ногу перед фонтаном. – Рассвет ужеберется!