Книга Повелитель Лжи, страница 159 – Даниэль Зеа Рэй

– Я люблю тебя, – прошептал Гронидел срывающимся голосом и…внезапно остановился, точно понимая, почему комната и софа в ней показались ему такими знакомыми.

– Это уже было, – пораженный собственным открытием, признался он. – Я видел этот момент в одном из видений, – сказал он, обращая взгляд на лицо Сапфир.

– Ты не говорил, что у тебя были видения… – Она с сомнением смотрела на него.

– Говорю теперь, – сказал он, виновато заглядывая в ее солнечные глаза. – У меня были видения. И одно из них только что… исполнилось.

Она нежно погладила его щеки, успокаивая, и прижалась лбом к его лбу.

– Под шатром Сантияра гайнбрадам до тебя не дотянуться, – прошептала она. – Ни гайнбрадам, ни Рою. Но дотянуться способна Изумруд.

– Что это значит? – пробормотал он, ловя губами ее губы.

– Изумруд спуталась с Фейраном. Она проникает в пространство Изнанки и сражается против гайнбрадов вместе с фейской армией Роя. Я не знаю, когда это началось и откуда сестра знакома с моим ушастым другом, но… Будь осторожен, если ее встретишь. Она явно улучшила навыки ворожеи и, кажется, верит Фейрану и его слову.

– А ты ему не веришь? – нахмурился принц.

– Отчасти, – перешла на шепот Сапфир, как будто их могли услышать. – Раньше верила безоговорочно, но после того, как он утаил от меня…

– Что я жив? – предположил Гронидел.

– Да, после этой маленькой недосказанности меня мучает вопрос, о чем еще умолчал Фейран?

– Потом вместе узнаем, – прошептал Гронидел и, подхватив жену, резко встал.

Она застонала и изогнулась в его руках, наслаждаясь моментом.

Комнату осветили вспышки маны, и с потолка вниз полетели звезды. Вокруг Сапфир раскинулось бескрайнее пространство космоса и пролетающие мимо солнечные системы и галактики.

– А в космосе может идти снег? – спросила плутовка, совершенно точно зная ответ.

Гронидел улыбнулся, и вместе со звездами вокруг Сапфир закружились снежинки. Они падали на разгоряченную кожу щек его королевы и плавились вместе с наслаждением Гронидела, ощущавшего каждый миллиметр ее плоти.

Сапфир посильнее обхватила его за плечи и неспешно задвигалась вверх и вниз.

– Скажи… – просила она туремском, подавая бедра навстречу и сильнее насаживаясь на него. – Скажи, что любишь меня…

– Я люблю тебя, – повиновался Гронидел.

Снежинкитаяли на коже, покрытой золотом молний, и каплями воды стекали вниз.

– Скажи… – Ее голос сорвался. – Что тосковал по мне.

– Я тосковал по тебе целую бесконечность и еще немного дольше…

Вместе с волной маны, обдавшей Гронидела с головы до пят, от тела Сапфир начало распространяться голубое пламя. Оно перекинулось на тело Гронидела, погружая зальтийца в чувственный жар, словно само наслаждение облизывало его кожу.

– Скажи, что ни с кем, кроме меня, ты такого не испытывал, – протянула Сапфир, жадно хватая воздух.

– Ни с кем, кроме тебя, – прохрипел принц, позволяя дрожи экстаза коснуться одной точки в теле и волной расползаться по всей коже, охватывая ее пламенем агонии.

– Гро-о-онидел, – простонала Сапфир, извиваясь в его руках и одаривая новой волной полыхающей маны, сковывающей дыхание.

Освобождение вырвалось на волю и разлетелось на осколки вместе с иллюзией Вселенной, в которой они летели со скоростью света. Поток семени устремился в тело Сапфир, пульсируя вместе с ее внутренними мышцами. Их совместный экстаз поражал воображение и впечатлял своей силой. Кажется, только что они открыли новый уровень чувственных игр с маной. В трактатах об этом не писали. Возможно, ученые мужи и не испытывали подобного вовсе?