Книга Поворот: «Низины» начинаются со смерти, страница 185 – Ким Харрисон

С полки, сверху, Орхидея снова нахмурилась, её пыльца потемнела, превращаясь в чёрные искры.

Брови Саладана взлетели.

— И как обвинение человека в ошибке доктора Камбри даст тебе контроль над остальной её работой?

Кэл пожал плечами, не отводя взгляд, чтобы тот поверил лжи о том, что виновата Триск. Хотя, по правде говоря, почти всё, что он говорил, было по-своему правдой. Разве мир не вертится вокруг того, что достаточнопохоже на правду?

— Потому что даже если все прочие будут считать иначе, Анклав узнает, что это была её ошибка. И, поверь, они захотят, чтобы кто-то довёл её другие разработки до конца. Мы оба выиграем: я — в производстве, ты — в изготовлении и распределении.

— Кэл, ты же говорил, что это опасно! — воскликнула Орхидея, и он нахмурился. Это было до того, как он понял истинный потенциал. Прибыль перевешивала риск, и он это знал.

Увы, жадность никогда не затуманивала Саладану подозрительность. Его тонкие губы сжались, и он щёлкнул сигаретой в сторону.

— Я лучше продам тебя демону.

Кэл вскочил, шатаясь, и попытался поставить катящееся кресло между ними.

— Да чёрт тебя дери, Саладан. Ты же не дурак! — воскликнул он. — Никакого риска для тебя нет, кроме как позволить мне жить на этой стороне лей-линий. Весь риск — на мне. Если всё сорвётся — продашь меня демону тогда.

Саладан всмотрелся в слабое сияние вокруг рук Кэла — и явно понял: уронить его магией теперь будет куда сложнее.

— И ты сможешь свалить вину на доктора Планка? — уточнил он.

— Анклав сделает всё, чтобы держать эльфов в стороне, — сказал Кэл. — Жив он или мёртв — Даниэль примет на себя основной удар. Это его вирус. Триск работала в человеческой лаборатории, так что скрыть факт, что помидор был создан эльфами, будет так же просто, как лишить её доступа к любой лаборатории вообще. Даже Анклав будет заинтересован в том, чтобы её дискредитировать — чтобы скрыть, что именно её помидор распространил вирус. — Он улыбнулся, наклонив голову своим лучшим «клубным» выражением. — Кому-то придётся взять её исследования под контроль.

Магическое мерцание вокруг руки Саладана погасло.

— И ты будешь более чем счастливэтим заняться, да?

Кэл кивнул, ослабляя хватку на спинке кресла.

— Анклав отдаст их мне, назвав это стимулом держать рот на замке.

Саладан хрипло рассмеялся — смех вышел неприятным.

— Начинаю понимать, почему ваша семейка всё ещё существует, Каламак. — Он слегкапоменял стойку. — Но тебе я не доверяю.

— Отлично. — Плечи Кэла расслабились, и он вышел из-за кресла. — Если ты пойдёшь со мной, ты пригодишься.

Саладан попятился в свой круг. Тот осел с переливом цвета, и Кэл с облегчением вдохнул, не желая вдыхать тот вонючий, пропахший дымом воздух, которым дышал Саладан. В тот же миг Орхидея слетела с книжной полки. Саладан взглянул на неё настороженно, а пикси показала ему неприличный жест, прежде чем сесть Кэлу на плечо.

— Кэл, ты же говорил, что её исследования опасны, — прошептала она.

Он покачал головой, желая, чтобы она замолчала.

— В её руках — да. Но не в моих.

— Но Кэл, — протестовала она, — ты не можешь свалить всё на доктора Планка. Его могут убить.

— Это произойдёт, Орхидея, — сказал он резче, чем хотел, не желая, чтобы Саладан подумал, будто он утратил над ней контроль. Чувство вины делало его слова грубее, но он не мог объяснить ей всё при Саладане.