Книга Психо-Стая, страница 242 – Ленор Роузвуд

Я дергаюсь, мышцы напрягаются от желания вмешаться. Защитить то, что мое. Потому что Чума — мой, так же как он принадлежит Айви и всей остальной стае. Тот факт, что этот зверюга делит с ним кровь, ничего не меняет.

Но Чума держится, хоть и с трудом. То, чего ему не хватает в грубой силе, он компенсирует скоростью и точностью. Он уходит от брутальных атак Азраэля, как дым, и его вычурный клинок мелькает, пуская первую кровь. Неглубокий порез на бицепсе брата.

Следующий лязг металла заставляет меня поморщиться. Азраэль вкладывает всю силу в удар, и Чуму отбрасывает назад; его сапоги скользят по грязи, пока он пытается удержать равновесие. Мои кулаки сжимаются так сильно, что я чувствую, как теплая кровь течет между пальцев — ногти пробили кожу.

Маленькая ладошка скользит в мою руку. Я смотрю вниз и вижу Айви: она глядит на меня обеспокоенными глазами, переплетая свои пальцы с моими. Это помогает мне заземлиться, но лишь едва. Каждая мышца в моем теле рвется в бой.

— Назад! — рявкает на нас Чума, явно почувствовав наше намерение помочь. — Это между братьями…

Предупреждение стоит ему дорого. Сапог Азраэля врезается ему в колено, и Чума спотыкается. Брат наносит следом яростный удар, который вскрыл бы Чуме горло, если бы тот не успел вовремя подставить клинок.

Думаю, они реально пытаются убить друг друга. По крайней мере, Азраэль точно. Ебать мой лысый череп.

Схватка становится дикой, всякая церемонность отброшена. Азраэль дерется как одержимый, его атаки становятся всё более зверскими. Но в этом есть что-то странное. Его движения слишком жесткие, слишком контролируемые даже в ярости. Будто он борется с самим собой так же сильно, как с братом.

Чума не уступает в интенсивности, но я вижу, что он устает. Его выверенные удары становятся небрежнее, движения ног — менее уверенными. Кровь течет из пореза над глазом, где его задел эфес Азраэля.

Не знаю, сколько я еще смогу сдерживаться, но боюсь, что если брошусь туда, то сделаю только хуже. Я как таран. У меня нет той точности, которая нужна, чтобы реально что-то изменить здесь, не прибив обоих. Всё, что я могу — это смотреть и оставаться между ними и Айви. Сука.

Бой доходит до предела, когда Чума наконец наносит точный удар,рассекая грудь Азраэля. Неглубоко, но кровь идет, и плащ Азраэля разодран. Видимо, для этого психопата это становится последней каплей, потому что он швыряет свой меч, и тот вонзается в землю у ног Чумы.

Хотя, он же брат Чумы. Может, ему просто плащ был дорог.

— Мне надоели эти игры, — рычит Азраэль, сбрасывая ошметки плаща. Под ним сверкает серо-золотая форма генерал-лейтенанта Райнмиха. Одним текучим движением он выхватывает табельное оружие.

— Чума! — вскрикивает Айви.

Всё. Пора вмешиваться.

Но не успеваю я сделать и шага, как утренний воздух разрывает выстрел, громом прокатившись по округе. Пистолет вылетает из руки Азраэля в брызгах крови. Он рычит от боли и ярости, прижимая к себе окровавленную ладонь. Каким-то чудом Валек умудрился прострелить ему самую середину ладони.

Ебать мой лысый череп. Этот чокнутый ублюдок невероятно точен.

Я и раньше видел, как он делает невозможные выстрелы, но это — нечто запредельное. Сказать «попал в игольное ушко» — это ничего не сказать.

Азраэль резко оборачивается, сканируя склоны скал в попытке вычислить снайпера. Глаза у него безумные, маска контроля разлетелась в щепки. Кровь ровно капает с изуродованных пальцев.