Книга Другие правила, страница 118 – Валерия Аристова

Катрин села на стул, и закрыла лицо руками.

— Я тоже не знаю, как сказать такое Валери, — проговорила она, — но зачем он это сделал? Как такое вообще могло произойти?

— Я не знаю. Я не могу объяснить. Но и как рассказать Валери, я тоже не знаю. Скорее всего, она даже слушать меня не будет.

Катрин тоже считала, что слушать его Валери не будет.

— Хотите, я скажу ей? — спросила она.

Дон Хуан покачал головой:

— Нет. Я сам должен сказать. Во всем этом есть и моя вина. Я не должен был позволять Филиппу играть в такие игры. Но я почему-то был уверен, что умру я. Вот честно, мне даже в голову не пришло, что с Филиппом может что-то случиться. Но я обязан был думать не только о себе.

— Это была его дурацкая затея, — прервала дона Хуана Катрин, — вы тут ни причем. Но Валери... она вам этого не простит. А где вы были три дня?

Он помолчал.

— Я болел. Простудился, когда искал его в Луаре.

Хуан не хотел вспоминать про болезнь. Как в бреду он видел Филиппа, который пришел к нему среди ночи, положил ему руку на грудь. Он помнил эту руку, и жар, исходивший от нее. Это был страшный сон, но тогда ему казалось, что он не спит, что Филипп жив, и на самом деле находится в его комнате. И только наутро, окончательно проснувшись, он понял, что это просто безумная надежда на чудо нарисовала ему такой образ. Но так же он помнил, что наутро проснулся абсолютно здоровым. Жар спал, а боль в груди куда-то исчезла, будто и сама болень ему привидилась во сне и ушла от прикосновения Филиппа.

Катрин больше ничего не спросила. Они замолчали. Золотые пылинки продолжалисвой танец между ними, крутясь и резвясь в солнечных лучах. Катрин сняла с головы мешавшую ей вуаль и набросила на спинку стула.

Дон Хуан смотрел на нее, как будто оценивая и взвешивая что-то. Потом он достал небольшой конверт и положил на стол.

— Мне нужен ваш совет, Катрин, — сказал он, — я не могу быть беспристрастным судьей. Пожалуйста, прочтите вот это. И скажите мне, что вы думаете.

— Что это?

— Это письмо, которое ждет дон Родриго. Само письмо сверху. Даже не письмо, записка. А дальше разные бумаги и большой отчет о жизни этого замечательного идальго.

— Откуда он у вас?

— Мне его дал Филипп, — он помолчал, — он отдал мне конверт и приказал сначала прочитать содержимое, а потом решать, что делать с ним — сжечь или отдать Валери. Я все утро читал и перечитывал бумаги. Но так и не могу решить, что же мне делать.

Катрин открыла конверт и разложила перед собой все бумаги и приступила к чтению.

Первое письмо было весьма коротким. Не письмо, записка.

«Сеньор, ваше повеление выполнено. Вы свободны»

И все.

Катрин взглянула на дона Хуана. Тот задумчиво смотрел в окно.

Она отложила записку и взялась за гербовое письмо.

«Уважаемый сеньор дон Родриго,

С прискорбием вынужден сообщить вам, что ваша супруга, сеньора Розалина Альмасан скончалась от приступа неизвестной болезни. Она угасла в течении двух суток и врачи ничем не смогли ей помочь. Ваш сын сеньор Энрике ожидает вас в Ровенне в моей семье.

С уважением,

Морисио Пампонне»

— Его супруга? — переспросила Катрин, нахмурив брови.

Дон Хуан обернулся к ней.

— Читайте дальше. Мне очень важно ваше мнение обо всем об этом. Там еще много всякого интересного.

Катрин выбрала небольшую бумажку и развернула ее.