Книга Зелье для упрямого дракона, страница 56 – Елизавета Крестьева

Это мы ведь от трудностей и вечных забот костенеем. Замерзаем. Боль притупляется, но вместе с ней притупляется и радость, и способность любить. Мы живём, как в воду опущенные, ничего не замечаем, зато ни обо что не ранимся. Мягко, комфортно и непритязательно живём, будто в любимых разношенных тапках.

Дракон сжёг мои тапки в пепел, остатки которого развеялись на леденящем ветру Дова-Норра. И вместе с ними будто сгорел и тот кокон ваты, которым я успела в три обхвата обрасти. Моя кожа будто всё ещё была обожжена — я ею ощущала всё, вплоть до малейшего дуновения осеннего ветерка, уши улавливали дальний шорох пробежавшей в листве сада мыши, нос от обилия будоражащих ароматов готов был заходить ходуном, как у Смайла, ловящего запахи с кухни.

А больше всех ярилось сердце, превратившееся в сверхчувствительный сенсор. Оно проснулось, оно любило и горело, и ему было решительно наплевать на мои скромные попытки забиться под одеяло забвения, и малейшая робкая мысль о том, как хорошо я жила когда-то с Сашкой, расстреливалась ещё в зародыше лучом слепящей плазмы.

Сердце требовало действий.

Прежняя Дуся ещё неделю выползала бы из-под двойного одеяла и потом ещё с месяц ждала выходных, чтобы сдобрить кофе коньячком, и жевала тягучие, как древесная смола, унылые мысли в кресле у холодного камина.

Дуся же нынешняя явилась в аптеку как только спала температура, пасмурным осенним утром через день после крушения «Титаника». То есть после крушения любви на садовой дорожке. И пусть во всём теле ещё чувствовалась противная слабость, чесался и подтекал опухший нос и периодически нападал противный лающий кашель, меня это остановить не могло решительно никак.

— Евдокия Максимовна? — удивилась Катя, явно не ожидавшая столь скорого моего появления.

— Привет, Катюш. Ну как дела тут у вас?.. Справляетесь?

— Да вполне. Алёна на складе, позвать?

— Да я сама найду, не надо.

Алёнка расставляла на дальнем стеллаже флаконы с бальзамами и напевала что-то под нос.

— О! Евдокия Максимовна! А почему это вы не в кроватке, начальница? Видок-то у вас совсем не ахти, прямо скажем, — упёрла она руки в бока с негодующим видом.

— Не хочу разлёживаться, — буркнула я. — Алёна, вам с Катей придётся ещё несколько дней поработать. Мне… съездить надо кое-куда.

— Да мы так и так собирались, я думала, ты ещё минимум дня три валяться будешь, — вздохнула Алёна. — Ну, чего ты там ещё надумала? Третью Хранительницу искать?..

Я от удивления даже села на кушетку.

— Как ты поняла?.. Я не помню, чтобы говорила тебе о своих догадках…

Алёна фыркнула раздражённо:

— Ну конечно, Алёна же ещё маленькая, два и два сложить не способна — так ты про меня думаешь, да?..

— Нет, не думаю, — спокойно ответила я. — Алён, сейчас не время для перебранок, согласись?.. Мы с тобой в такой замес попали с этими драконами…

— И вы меня даже в портал не взяли, — буркнула та непримиримо.

— Я за тебя отвечаю. Это опасно, Алён, ты что, не понимаешь?..

— Я тебе не дочь, и мне уже двадцать лет. И я тоже в замесе, ты сама сказала!

— Алён, — я устало поднялась, подошла и погладила напарницу по плечу. — Я тебе обещаю — скоро ты увидишь драконий мир. Но я должна проверить свою теорию, и если третья Хранительница действительно существует, нам нужно собраться вместе и действовать дальше тоже вместе. Во тогда мы все и соберёмся в Дова-Норре.