Книга Зелье для упрямого дракона, страница 45 – Елизавета Крестьева

А я, в свою очередь, боялась и ещё кое-чего.

Я боялась перестать быть человеком.

Наверное, это был глупый, иррациональный внутренний протест. Моё сознание приняло существование драконов, существование Дова-Норра и магии, но оно до последнего цеплялось за эту, возможно немного нелепую, но такую привычную мне оболочку вечно растрёпанной женщины с серьёзными светло-карими глазами за аптекарским прилавком. Я боялась того, кто, возможно, прятался внутри, и когда Вельгорн уверил меня, что таинственныеХранительницы были всё же людьми, меня немного отпустило.

И он, казалось, понимал меня тоже. И просто терпеливо ждал.

Я взяла его руку в свою, немного сжав широкую, очень тёплую ладонь.

— Я надеюсь, если мы будем держаться за руки и шагнём вместе, тебе не станет плохо?..

— Теоретически, — улыбнулся дракон, и в его синих глазах замерцали знакомые огоньки. — Сама понимаешь, у меня не было возможности проверить теорию на практике. Но, Ева, мы совсем ненадолго. Только, чтобы ты осмотрелась и… И я всё время буду рядом. Я всё время буду держать тебя за руку. Если я почувствую, что что-то идёт не так, мы вернёмся тут же. Обещаю, мояДаван’Киир…

И он тоже немного сжал мои трепещущие пальцы.

— Ладно, — тихо сказала я. — Я тебе верю.

И мы вместе шагнули в зеркало…

Меня будто на секунду объяла холодная вода чёрного омута, сердце ухнуло в пустоту, и стало так страшно, что горло перехватило как удавкой. Но крепкая мужская ладонь не переставая слала в меня потоки жаркой уверенной силы, яркой, как сама жизнь. Запахло озоном и холодом, как после грозы, а потом меня вышвырнуло на твёрдый камень.

Я открыла глаза и увидела звёзды.

Много-много звёзд в бархатно-чёрном небе, по которому гуляли всевозможные переливы лилового — от бледных гиацинтовых, до пурпурных, цвета венозной крови. Звёзды, собранные в незнакомые созвездия, крупные и яркие, как лампочки новогодних гирлянд, подрагивали в прорехах полупрозрачной кисеи облаков, словно еле держась на покрывале небес. А вокруг, призрачно отблёскивая ледяными шпилями и шапками, высились острые пики величественных гор. В свете местной луны — неправдоподобно огромной и скорее голубоватой, чем серебряной, они казались застывшими друзами кристаллов необработанных драгоценных камней.

Не в силах выразить восхищение, я опустилась на колени прямо на холодную плиту мрамора, на которой мы стояли, и Вельгорн опустился вместе со мной, неотрывно наблюдая за мной и не отпуская моей руки.

— Вельгорн… какое это чудо… — я никак не могла налюбоваться небом, пока не почувствовала, как под мой вязаный кардиган забирается холод. Здесь было холодно. Безумно красиво и бесконечно холодно.

Он притянул меня к себе, дохнул теплом в шею, стало щекотно и горячо, я с трудом удержалась, чтобы не хихикнуть. Голова шла кругом.

— Ну что, обратно? А то замёрзнешь.

— Как? Я никого не увижу?.. И ваше поселение, и твоих братьев?..

— Не сегодня, Ева. Сейчас ночь, идти далеко — нужно спускаться в долину. Тебе нужна будет тёплая одежда. И надо дать новым впечатлениям улечься. Ты сама знаешь — всё постепенно… Мне просто очень хотелось показать тебе небо. Небо твоей бывшей родины. Тебе правда нравится?.. Правда, Ева?..

Он шептал мне на ухо эти слова, я дрожала в его руках — то ли от холода, то ли от перевозбуждения, то ли…