Книга Зелье для упрямого дракона, страница 43 – Елизавета Крестьева

— Так же, как я сейчас утомляю тебя? — невесело усмехнулся дракон.

— Ну… у нас с тобой другой случай. Ты ведь действительно в некотором роде наркоман.

— Ну, спасибо!

— Да нет же… Ты понимаешь, о чём я! Я вот прямо сегодня перерою дневник и найду рецепт антидота, обещаю!

— А если не найдёшь?.. Я вот отнюдь не уверен, что антидот вообще существует. И точно так же не уверен, что в зелье причина всех наших бед.

— Не в самом зелье, конечно, — согласилась я. — Я охотно верю, что зелье сначала использовалось просто чтобы помочь разбудить в драконах чувствительность, необходимую для любовных отношений. Но знаешь, какая мысль не даёт мне покоя?..

— Что Хранительницы могли использовать его в корыстных целях, — мрачно нахмурился Вельгорн. — Я помню, ты говорила. Но извини, Ева…

— Я понимаю, что тебе неприятно даже предполагать такое, — перебила его я. — Но почему сбежала Элианна?.. Почему она так боялась погони, несмотря на то, что война уже перекурочила ваш мир, и все уже бились со всеми?.. Почему она так тщательно собирала свои мысли и предположения и готовила дочерей к передаче этих знаний?.. Почему она не связала себя зельем ни с одним из драконов, в конце концов?..

— Ева, я и сам задаю себе все эти вопросы вот уже триста с лишним лет, как только дорос до юношества. Но я не нашёл ответов… Возможно, в библиотеке Норр-Вейла, нашей бывшей столицы, что-то и сохранилось с тех времён, но увы, моей жалкой магии не хватит на то, чтобы долететь туда. А пешком туда добраться — это месяцы пути, которых у нас нет…

— Знаешь, давай решать проблемы по мере их поступления, дорогой мой дракон. Сейчас самое главное — антизелье. Я ведь не смогу с тобой переходить в Дова-Норр, правда? Я не могу вот так запросто оставить свою земную жизнь — на мне тоже много всего завязано.

— Ты сможешь… — сказал Вельгорн. — Но, конечно, ненадолго… Наш мир суров и негостеприимен. Но мне надо там бывать. Я лечу жителей, и им нужен прямой контакт со мной… И если ты готова, — он вскинул на меня тревожные потемневшие глаза, то пойдём со мной, моя Хранительница, и ты собственными глазами увидишь Врата и Дова-Норр с его жителями.

Моё сердце тоже забилось в тревожном странном предвкушении. Ведь в каком-то смысле драконий мир был моей давно утраченной родиной. Что-то в глубине души переливалось печальными, тревожными трелями при звуках драконьей речи, и смутные видения лилового неба, горных замков и мерцающих снежных вихрей всплывали как глубинные рыбы, поднимающиеся из пучин к манящему серебряному свету луны.

— Я готова, — решительно сказала я и протянула руку Вельгорну. — Веди.

Мы спустились в цокольный этаж. Пройдя мимо котельной и ещё пары помещений, одним из которых, кажется, был самый настоящий винный погреб, где тускло поблёскивали в деревянных ячейках пыльные бутылки, мы остановились в маленьком закутке, где нас встречала очередная стальная дверь с датчиком сканирования. Когда она, уже знакомо гудя, неторопливо открылась, мы с Вельгорном попали в коридор, плавно ведущий вниз. В стены были вмонтированы лампы, вспыхивавшие при нашем появлении ровным белым светом, отблёскивая на листах стали, которыми были обшиты стены. Прям Форт-Нокс какой-то, промелькнула мысль, и я невольно поёжилась. Если подумать, это похлеще, чем какой-то там склад золота. Врата в другой мир! Да ещё магический, пусть и почти умерший…