Книга Зелье для упрямого дракона, страница 11 – Елизавета Крестьева

Получается, я вправду имею над ним такую власть?..

И стало неприятно. Так противно, будто хлебнула настоявшейся болотной жижи.

Мне ни к чему ручной дракон. Для меня он всё равно человек — умный, красивый, интересный, талантливый человек, пусть и умеет плеваться огнём. Я бы хотела с ним просто общаться и дружить, а не повелевать. Я бы хотела быть ему интересной не потому, что у меня какие-то там сверхспособности и древняя кровь. Нафиг она мне не сдалась… Я — человек и хочу остаться им, что бы ни случилось.

— Глеб Германович…

— Меня зовут Вельгорн, — тихо сказал дракон. — Никто в этом мире не знает моего настоящего имени, но мне хотелось бы, чтобы наедине вы звали меня так.

— Вельгорн, — имя ему удивительно шло — гордое, сильное, красивое. — Я вам сейчас отдам приказ и прошу заранее меня простить. Это будет единственный и последний мой приказ для вас. Хорошо?..

— Всё, что прикажете, Хра… Ева. Но почему простить?..

— Вельгорн, — твёрдо сказала я, и показалось, что ветер зашумел сильнее в кроне старого вяза. — Приказываю вам быть собой. Вы не должны меня слушаться. Вы не должны меня опекать. Вы свободны от любых обязательств по отношению ко мне. Вы должны быть только собой и поступать только так, как считаете нужным. Всё. Исполняйте приказ.

И для верности я притопнула ногой — здесь бы очень каблук пригодился, но летом моя нога не знала другой обувки, кроме лоферов на толстой подошве — самой удобной в мире обуви. Поэтомуэта самая подошва издала разве что смешной «чвяк» на мокром асфальте. Вот вечно у Дуськи всё не так…

Дракон не вздохнул с облегчением, как я отчасти ожидала. И вообще не выглядел обрадованным, хотя я заметила, что из его статной фигуры ушло излишнее напряжение — значит, приказ всё-таки подействовал. Широкие плечи под чёрным кашемиром даже немного ссутулились.

— Зря вы это сделали, Ева, — он подошёл ко мне вплотную, и в тусклом свете фонаря я увидела, как мерцают его глубокие глаза, затягивая меня в синюю бездну. — Так мне будет намного сложнее сдерживаться…

— Сдерживаться от чего?.. — я вдруг поняла, что пячусь назад, шаг за шагом, но он неумолимо надвигается на меня.

— Вы не всё знаете про зелье Истинной сути, Ева. Я не успел вам рассказать. Вы не знаете, что та Хранительница, кто готовит зелье, с его помощью сможет приворожить любого дракона, какого захочет. Именно так в нашем мире Хранительницы выбирали себе мужей. И любой дракон был счастлив принять такой напиток. Это было огромной честью — и надеждой на продление рода. Потому что без Хранительниц драконий род рано или поздно пресекается… Так был сбалансирован Создателем наш драконий мир…

— Но я не… Я не… — бормотала я, глядя расширенными от ужаса глазами, как его лицо склоняется над моим.

— Вы дали мне приворотное зелье, Ева, — неумолимые слова продолжали заколачивать гвозди в крышку моего гробика. — И вы же сами разрезали путы, которые могли меня сдержать… Я люблю вас.

И его горячие губы прижались к моим.

Я проснулась оттого, что мой ретривер Смайл поддевал влажным носом мою руку и сопел в неё. Он всегда так делает, когда я, по его собачьему мнению, слишком долго валяюсь в постели. Я вяло отпихивала его морду, ворчала, натягивала на себя одеяло…

Мне снился такой удивительный сон!..