Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 34 – Гарри Фокс

— Ммм… — она тихонько мурлыкнула мне в ухо, и от этого звука по спине пробежали мурашки. — Не волнуйся, любимый. Я просто… проверяю твою лояльность. И твои… активы.

А ее взгляд? Ее взгляд был прикован к Отто. И в этих огромных, красивых аметистовых глазах не было ни капли тепла. Только лед. И обещание медленной, мучительной смерти. Она не говорила ни слова. Ее взгляд кричал: «Посмотри на него. Это МОЙ. Тронь. Попробуй обмануть. И я вырву твои кишки когтями и поиграюсь с ними, прежде чем ты умрешь».

Отто замер. Весь его пафос, его бархатный голос, его важная бородка — все испарилось. Он сидел, вжавшись в спинку стула, глаза вылезли на лоб, скулы побледнели под легкой щетиной. Он смотрел на рукуЛиры, скрытую у меня в штанах, потом на ее лицо, и по его лицу было видно — он ВСЕ понял. И ему было до жути страшно. Его собственная рука дрожала, когда он попытался отодвинуть кубок.

Сэр Годфрик, напротив, смотрел на Лиру с открытым восхищением. Его глаза блестели.

— Ох, кошечка… — прошептал он с благоговейным придыханием, забыв про вино. — Какая… энергичная…

Я же сидел. Тепло Лиры сзади. Ее рука, играющая с моим достоинством спереди. Запах молока в носу. Ледяной взгляд моей «невесты», пригвождающий барона к месту. И полная, абсолютная невозможность пошевелиться или что-либо сказать. Мой разум лихорадочно пытался найти выход:

Вариант А: Рывнуться. Риск: остаться без яиц.

Вариант Б: Заорать. Риск: спровоцировать кошкодевицу.

Вариант В: Обосраться. Риск: уронить авторитет перед новой женой и вассалом.

Выбор был невелик. Я выбрал Вариант Г: Сидеть и охуевать. Проклятие неловких моментов накрыло меня с головой, но на этот раз… с розовыми ушками и теплой лапкой в штанах. И черт возьми, от ее прикосновений и этого мурлыканья в ухо у меня начало вставать. Что, учитывая ситуацию и присутствие Отто, было верхом сюрреализма.

Лира почувствовала это. Ее пальцы слегка сжались, вызывая волну странного удовольствия и дикого ужаса одновременно. Она тихо хихикнула, ее дыхание стало горячим у меня на шее.

— Ох, какой ты скорый, мой князь, — прошептала она так, что слышал только я. — Но деловые вопросы… сначала деловые вопросы. — Она подняла голос, обращаясь к Отто, но не отводя от него своего хищного взгляда. — Так что там у Вас, барончик? Какой бумажкой ты пытаешься моего дракончика обвести вокруг пальца? Покажи-ка тетке Лире.

Ее рука внутри моих штанов слегка пошевелилась, напоминая, кто тут главный в переговорах. И кто держит ключ к моей… лояльности. Я сидел, боясь дышать, и молился, чтобы моя драконья магия не решила проявить себя именно сейчас и именно в паху. Это был бы эпик-фейл космического масштаба.

Большой пальчик Лиры, теплый и удивительно ловкий, продолжал свое дерзкое исследование под тканью моих штанов. Интенсивно, нагло, с кошачьей точностью, он скользил по самой чувствительной точке, заставляя меня стиснуть зубы и впиться пальцами в ручки кресла. Весь мир сузился до этого невероятного прикосновения, запаха парного молока и ее хищного взгляда, пригвождавшего бедного Отто к месту. Барон лихорадочно показывал ей пергамент, тыча пальцем в пункты, голос его дрожал:

— В-вот здесь, светлейшая Дева Лира… обязательства вассальные… военная помощь… а тут… исключительная верность Дому фон Драконхейм… ни капли лукавства! Чистейшая правда! Как слеза младенца!