Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 194 – Гарри Фокс

Девушка шла сзади, скромно опустив глаза, но уголки ее губ были подняты в едва уловимой улыбке торжества.

И это повторилось. Снова. И снова.

Она ловила взгляд, кивала, и очередной воин покорно следовал за ней в темноту. Они возвращались чуть более отрешенными, чуть более «ароматными». Их индивидуальность, их дикая, кошачья сущность будто вытравливалась, замещаясь этой сладкой пустотой.

Вскоре со мной шла уже не группа бдительных охотников, а странная процессия молчаливых, улыбающихся кукол с стеклянными глазами. Воздух стал густым и сладким до тошноты. От былой моей команды остались лишь я, Тыгтыгович и горстка самых старых и осторожных воинов, которые жались к своему вождю, тихо рыча и оскаливаясь на своих бывших товарищей.

Я понял, что мы уже не идем к цели. Мы ведем ее. Или она ведет нас. Прямо в пасть.

Тишина в пещере стала давящей, нарушаемой лишь мерными, слишком уж бесстрастными шагами моих… кого? Воинов? Зомби? От них теперь веяло ледяным безразличием и этим тошнотворным запахом. Я не выдержал и отступил к Тыгтыговичу, который шел, низко опустив голову, его когти с силой впивались в каменный пол.

— Тыгтыгович, — прошипел я, стараясь, чтобы мои слова не услышала та, что плыла в хвосте нашей колонны, словно пастух за смирным стадом. — Это уже не смешно. Смотри на них! Они будто пустые. Эта девчонка… с ней что-то не так. Не то.

Кошкокомандир медленно повернул ко мне свою морду. В его глазах не было былой уверенности — лишь глубокая, звериная тревога. Он кивнул, едва заметно.

— Не то, — его голос был низким, едва слышным рычанием. — Запах… неправильный. Словно тухлый мед на старой шкуре. Она не та, за кого себя выдает.

— Что нам делать? — спросил я, чувствуя, как паника подбирается к горлу.

Тыгтыгович на мгновение задумался, его хвост дернулся в нервном спазме.

— Проверить. Нужно узнать… что она делает с ними. Я пойду с ней. Следом.

Холодный ужас сковал меня.

— Нет! Это ловушка! Она и тебя заберет!

— Я не щенок, — огрызнулся он, но в его голосе слышаласьнеуверенность. — Я вождь. Моя обязанность. Если я не вернусь… беги. Жги все на своем пути.

Прежде чем я успел схватить его за руку или приказать остановиться, он уже развернулся и зашагал к задним рядам. Я видел, как он приблизился к девушке, наклонился к ней и что-то сказал. Та улыбнулась своей ангельской, леденящей душу улыбкой и кивнула, указав на очередную темную расщелину.

Сердце упало. Я замер, не в силах пошевелиться, наблюдая, как фигура моего самого грозного воина скрывается во мраке вслед за этой тварью. Минуты растянулись в вечность. Шум в ушах заглушал все остальные звуки. Я готов был ринуться за ним, но ноги словно вросли в камень.

И вот они вернулись.

Тыгтыгович шел первым. Его походка была странной — слишком плавной, почти вальяжной, не его обычной хищной грацией. Он подошел ко мне и остановился, глядя куда-то сквозь меня. Его глаза… Боги, его глаза. Ярко-желтые зрачки, всегда полные огня и дикой воли, теперь были тусклыми и пустыми, как у заспанного кота. А с него так и валил тот самый сладкий, гнилой запах, еще сильнее, чем от других.

— Тыгтыгович? — выдохнул я, и мой голос прозвучал хрипло и несмело. — Ну что? Что там было? Что она делает?

Он медленно повернул ко мне голову. Его пасть приоткрылась, но вместо внятной речи оттуда вырвалось лишь низкое, довольное урчание.