Онлайн книга «Разрушенная для дракона»
|
— На твои бедра, на твою талию, на твою грудь… - слышала я голос, но молчала. У меня во рту пересохло. — Я мечтаю… Он убрал волосы с моего уха, а я вдыхала каждое его слово. — Попробовать тебя на вкус… Языком… Хочу, чтобы ты извивалась… И я готов это делать до тех пор, пока не увижу тебя дрожащей на простынях… Текущей и дрожащей… И тогда ты почувствуешь, что ты… прекрасна… Его губы коснулись груди. Не соска — самой плоти, чуть выше сердца, где кожа самая тонкая. Поцелуй — медленный, почти молитвенный. Потом — второй. Третий. Он целовал меня так, будто пытался стереть каждый шрам, оставленный словами Сирила. Каждый ужасный взгляд в зеркало. Каждый вечер, когда я держала ладонь на животе и ненавидела то, что чувствовала под ней. — Ты совершенна, — шептал он, целуя впадину между грудей, — идеальна, а его рука скользнула между моих ног. Я сама раздвинула их, краснея от стыда. Сама подалась бедрами навстречу его пальцам. — Ты — не ошибка. Ты — не замена. Ты — совершенство… - слышала я шепот, а пальцы плавно проникали в меня, заставляя с глухим, едва сдерживаемым стоном покачиваться бедрами в такт его проникновениям. Его поцелуй жадно пожирал мой сосок, заставляя меня закрыть глаза и напрячься от горячей волны, наполняющей каждую клеточку моего тела. Я задыхалась. Щёки горели. Внизу живота разгорался жар — не от страха, не от стыда, а от чего-то, что я давно забыла называть: желание быть признанной. Не как Вайлира. Не как «жирная свинья». А как я. Он опустился наколени. Целовал живот — мягко, бережно, будто там не плоть, а хрупкое стекло. Потом — бёдра. Колени. Стопы. Он целовал мои мозоли. Целовал шрамы от туфель, которые никогда не были моими. И всё это время шептал: — Совершенна… — Прекрасна… Я плакала. Тихо. Без всхлипов. Просто слёзы катились по щекам, а внутри что-то рвалось — не в сторону боли, а в сторону света. В сторону того, что я давно решила себе запретить: надежду. А потом он взмахнул рукой. Заклинание отпустило меня… И я не сопротивлялась… Не сопротивлялась, когда он положил меня на кровать, продолжая целовать мое тело и плавно входить в меня пальцами. — Я хочу, чтобы ты кончила… - слышала я жаркий шепот. — Чтобы ты почувствовала, как прекрасна… Сейчас… На этих простынях… На моих пальцах… Моя сладкая девочка… Он раздвинул мои ноги, а я опомнилась, пытаясь сдвинуть их обратно. Стыд все еще не давал мне права. Но я желание оказалось сильнее стыда. Я сама раздвинула ноги — и ненавидела себя за это. Не за то, что хочу. А за то, что хочу так сильно, что готова забыть, кто он. Готова забыть, что он — убийца. Готова забыть, что я — не его. Что я — ничья. А он… он смотрит на меня так, словно я — его молитва. И я уже не помню, как молиться сама… — Почувствуй, - послышался голос. А я выгнулась в беззвучном крике, впиваясь руками в тонкий шелк простыни, когда его жаркие губы и горячий язык скользнул по самому чувствительному месту между ног. Я слышала, как он стонет от наслаждения, как из его груди вырывался рык, как его пальцы и язык заставляли меня судорожно глотать воздух, словно он вот-вот закончится… — Боже-боже-боже, - дрожала я, чувствуя сладкий поцелуй и резкое движение пальцев. Я старалась сдержаться. Изо всех сил. Но внутри меня словно лопнула натянутая струна, а я закричала. Хрипло, надрывно, задыхаясь… |