Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 93 – Екатерина Ильинская

Вот это да! Я замерла, не зная, как реагировать. Эрнет выкупил все газеты в городе, где писали обо мне⁈ Это было что-то невероятное. Как он смог?

— Я тоже помогал. — Джейк выпятил грудь и ударил себя кулаком. — Я всех мальчишек-разносчиков в городе знаю. В субботу, эт самое, часть газет из типографий позже забирают. Ну, я всем сказал, где можно моментально тираж продать и денег, эт самое, сразу заработать, а не париться полдня на жаре. Мы теперь на речку. Хорошего дня, госпожа Ковальд.

Джейк, не дожидаясь ответа, убежал обратно. А я так и осталась стоять посреди улицы, не понимая, что делать с теми чувствами, которые всколыхнул во мне этот разговор. Это было что-то такое ошеломительное и огромное, что не помещалось внутри. И я совершенноне понимала, что с этим делать. Сердце замерло, а потом заколотилось с невероятной скоростью, я огляделась, словно журналист должен был оказаться где-то поблизости, хотя понимала, что он сейчас в редакции. Но взглядом все равно искала его в окружающих людях и вздрагивала, когда находила какое-то сходство, и расстраивалась, когда понимала, что это снова не он.

Минут через пять эмоции поутихли, а я убедилась, что Эрнета Хантли рядом нет. Вздохнув, то ли печально, то ли счастливо, я отправилась рассказать обо всем произошедшем подруге.

Стоило мне увидеть скучающую за прилавком Нику, как я просияла так, что могла бы осветить всю Книжную лучше вечерних фонарей. Хорошо, что сейчас на улице был день.

— Что тебя так порадовало? — отразила мою улыбку подруга. — Ты просто вся сияешь. Будь я на твоем месте, спряталась бы в подвал и не вылезала оттуда неделю, но тебя, кажется, совсем не трогает весь этот раздутый скандал.

— Нет никакого скандала. И газет нет. — Я просияла ещё раз.

— Подожди, подожди, это надо слушать за чашкой кофе с плиткой шоколада, — замахала руками Ника. — Садись, я сейчас всё принесу. — И она упорхнула на кухню.

— И сырные тарталетки! — крикнула я вдогонку.

— И пару сэндвичей⁈ — донёсся голос из дальних помещений.

— И лимонный тарт!

— Всё ясно, ты опять не завтракала, — пробурчала подруга, выглянула из кухни и бросила на меня укоризненный взгляд. — Садись, сейчас всё принесу.

И я послушно отправилась за столик, который уже начала считать своим, а когда Ника вернулась, рассказала ей то, что поведал мне Джейк.

— Это так романтично-о-о, — протянула подруга и мечтательно посмотрела в потолок. — Он спасает твою репутацию. Конечно, было бы лучше, если бы это была не деловая репутация… — Ника ещё раз мечтательно вздохнула.

— Не знаю, это так… непривычно… — Я попыталась высказать то, что чувствовала, но получалось не очень. — Ради меня никогда не делали ничего подобного… С таким размахом… И как будто я теперь ему чем-то обязана. Не знаю, как объяснить.

— Не обязана, а испытываешь благодарность и не понимаешь, как соразмерно ответить, — назидательно сказала Ника и даже помахала пальцем у меня перед носом. — Не думаю, что господин Хантли ждёт чего-то большего, чем просто спасибо. Ну, или большого спасибо… — Подруга замерла, задумавшись о чём-то своём, а потом пробурчала себе под нос. — А собственно, наверное, так и есть… Вот я дура…

Видимо, она подумала о Винсенте, а вот я вспомнила утреннее общение с Эрнетом и снова залилась краской. Может, он ждёт не только спасибо, но и поцелуй. Да, именно так я его и отблагодарю. Идеальный вариант. Сердце забилось в два раза быстрей, стоило представить эту сцену. А дальше… О том, что будет дальше, я старалась не думать, но прекрасно понимала, что вернуться к прежнему прохладно-вежливому общениюмы уже не сможем. Но пусть всё идёт своим чередом по воле Ины.