Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 238 – Екатерина Ильинская

Свет в зале приглушили для очередного выступления, а я прошла к ближайшему столу, стараясь держаться за спинами присутствующих, и потянулась к бокалу с лимонадом. В тот момент, когда мои пальцы обхватили тонкую ножку, поверх них легла мужская рука. И мне не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто стоял сзади.

Хантли!

* * *

Бокал выпал бы из рук, если бы его не придерживал Эрнет. Он стоял очень близко. Так близко, что я чувствовала тепло его тела, но при этом соприкасались только наши руки на злополучном бокале.

— Будьте осторожнее, Амелия. — Произнёс Хантли. Его дыхание шевельнуло волосы возле моего уха, и по телу побежали мурашки. — Одно неосторожное движение, и может случиться несчастье.

«Он это про лимонад, мэра или себя?» — пронеслась мысль, но потонула в смеси радости, негодования, надежды и отзвуков обиды.

Он поставил бокал на стол, разорвав прикосновение, но не отодвинулся. Так что я точно знала, насколько он близко, но так и не рискнула обернуться. Хотелось одновременно и ударить его, и обнять, чтобы разрыдаться на плече. Но наверное, больше всего я хотела продолжать стоять в полумраке, не двигаясь, чтобы не спугнуть мгновение, когда ещё ничего не произошло.То, что обязательно что-то произойдёт, я не сомневалась.

— Чудесно выглядите, — хрипловатый голос Эрнета запустил новую волну мурашек по телу.

— Я ужасно выгляжу. Это платье выбрал мне мэр.

Я попыталась сказать это легко и насмешливо, но вышло с таким томным придыханием, как будто я просила это платье снять с меня прямо тут. Кровь прилила к щекам, и я возблагодарила пресветлую Лейну, что этого никто не мог видеть.

Зато отлично слышали. Хантли тихо рассмеялся, положил руки мне на талию и прижал к себе. По телу прошла волна жара, и это привело в чувства. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но ничего не вышло.

— Обещаю избавить вас от него. Но чуть позже.

«От мэра или от платья?» — мелькнула истеричная мысль, и почему-то захотелось, чтобы от второго. А лучше сначала от первого, а потом от второго. И поскорее. Стоп!

От подобных мыслей я покраснела ещё больше, и вырываться начала гораздо активнее. Но Эрнет наклонился к самому уху и прошептал совсем тихо:

— Не бегайте от мэра, он всё равно вас найдёт и вынудит к разговору. И лучше уж здесь при свидетелях, чем где-то наедине в другом месте.

Хантли разжал руки и отошёл. Сразу стало так холодно и одиноко, что я чуть не застонала от разочарования. Обернулась на него, и в этот момент вспыхнул свет.

— Поищу напитки на другом столе. — Холодно сказал Эрнет, кивнул мне, как постороннему человеку, и ушёл.

А я осталась стоять одна, совершенно не понимая, что происходит. И почему я разрешила себя обнимать тому, кто заслуживал только выплеснутого в лицо напитка.

Рука сама потянулась к бокалу, и я залпом выпила содержимое. Которое оказалось вовсе не лимонадом.

Унять сердцебиение удалось не сразу, а подключить логику ещё позже. С одной стороны, слушать Хантли не хотелось, потому что я была обижена. С другой, это была плохая причина, чтобы не принимать хороший совет. А совет, несомненно, был хорошим. Я почему-то не подумала, что устроить наш разговор господин Панс может не только на балу, но и в любом другом месте. Например, вломиться ко мне домой. Что ему мешает? Он же уже заказал похищение документов, пусть и не состоявшееся.