Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 234 – Екатерина Ильинская

— Предсказываете счастливые браки, Амелия? И головокружительные карьеры чуть не до уровня императора?

Он говорил что-то ещё, едва ли осмысливая, что именно, но думал только о зелёных глазах, наполняющихся слезами, болью и непониманием. Дневник Элеоноры, который он взял из Брейвиля, как память о сестре, и старые артефакты с записями легли на стол. А он отвернулся, чтобы не видеть, как из любимых глаз потекут слёзы. Вынести это, его решимости уж точно бы не хватило.

На выходе Хантли налетел на двух главных сплетниц города: госпожа Приссон и госпожа Тафел раскудахтались о том, что надо смотреть под ноги. И если бы не терзающее его чувство вины, Эрнет бы обрадовался, что они решили посетить представление именно сегодня. Теперь-то уж можно было не волноваться, что новость об их ссоре с Амелией дойдёт до мэра. Оставалось только получить приглашение на бал. Но с этим никаких проблем уж точно не должно было возникнуть.

На бал идти ужасно не хотелось. Только пресветлая Лейна знает, насколько медленно я надевала красное платье, присланное из мэрии. Даже переделанное Маргери, оно вызывало только раздражение, но теперь выглядело хотя бы пристойно. И в чём-то симпатично.

Пора было выезжать, чтобы приехать до гостей, получить инструкции от распорядителя и посмотреть, куда можно будет отойти, если посетители захотят полный расклад, а не просто вытащенную случайную карту. Точно, карты…

Я прошла в кабинет и выдвинула ящик стола. Колода была на месте. Так же как и мои тетради с записями, дневник Элеоноры и записывающие артефакты.

С того момента, как я послушала интервью и прочитала записи погибшей сестры Эрнета, я волновалась, если не сказать боялась, что-то не то порекомендовать своим клиентам. И сейчас тревога настолько захватила, что брать в руки карты оказалось попросту страшно. Я отчаянно не хотела этого делать и злилась на себя за подобную слабость.

Если господин Хантли стремился поселить во мне неуверенность, то его стоило поздравить — всё удалось. Гадалка, боящаяся собственных предсказаний! Абсурд!

Злость закрутилась внутри, и я решительно взяла колоду. Нет уж! Вы пожалеете, господин Хантли, что довели меня до такого состояния. Сердце снова болезненно сжалось, но всколыхнувшиеся чувства были проигнорированы.

— Госпожа Ковальд, вы не опоздаете? Найти вам карету? — Рыжая макушка Джейка мелькнула в проёме. Там же показалась Саюши, которая бросила на меня укоризненный взгляд. но брать коббарру на бал официально запретили. Как жаль, что нельзя было запретить пускать туда гадалок. И журналистов.

Больше всего на свете я не хотела встретить там Эрнета. А он, как назло, должен был там объявиться. О, если бы только Ошур и Ина оказались настолько милостивы, чтобы внушить Хантли нежелание туда идти. Допустим, он бы мог не пойти, чтобы не видеть меня… Но на такую удачу я даже не рассчитывала. Оставалось только подготовиться к встрече, но выходило плохо. В одиночестве я держала себя в руках. И даже в присутствии других людей справлялась, если только они не пытались меня жалеть и задавать вопросы про Хантли. Но стоило Нике или Анне бросить сочувственный взгляд, как глаза моментально наполнялись слезами, и я ничего не могла с собой поделать.

— ГоспожаКовальд? — снова крикнул из приёмной Джейк. — Экипаж?