Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 216 – Екатерина Ильинская

Я собиралась пойти в кабинет и бросить камушки на произошедшее с Лейралией, но Джейк отвлёк вопросом о переносе записи одного из клиентов. А потом начался рабочий день, погрузив в чужие жизни. Сейчас я особенно остро чувствовала свою ответственность за сказанное и особенно ясно видела ту помощь, которую оказывала тем, кто доверил мне свои тревоги и радости. И если раньше часто советовала рискованные варианты, ведущие к большему успеху, то сейчас старалась выбирать более надежные, хотя, конечно, давала выбор тем, кто его просил.

В обед Маргери прислала перешитое платье.

Точно, бал уже через два дня! Не думаю, что он состоится, если Сандру посадят. С другой стороны, мэр всегда действует так, чтобы его причастность к тёмным делам нельзя было доказать. И если улики против племянницы будут неопровержимые, то будет ли Гудис Панс рисковать своей репутацией или сдаст подопечную жандармам, сказав, что не имеет отношения к преступлению?

И ведь именно в этих похищениях, он действительно никак не участвовал. Это была идея одной лишь Сандры, которую та воплотила так, как сумела. К счастью для семьи Шейронских не так хорошо, как, возможно, мог бы устроить всё сам мэр.

Тем не менее, никаких вестей об отмене бала в газетах не было. Наоборот, там продолжали писать, кто приглашён, кто из музыкантов будет выступать, кто поставляет цветы, и кто занимается оформлением зала. Подготовка шла нешуточная. Даже меня упомянули в одной из статей, приложив к тексту рисунок Хантли, который он сделал в первый день моего появления в Рейвенхилле. Да, тот самый, где я стояла растерянная, с растрёпанной косой и выглядела точно как вчерашняя выпускница закрытого пансиона.

Как же давно это было. Словно целую вечность назад. А ведь прошло всего несколько месяцев, за которые успело столько всего случиться, что я не узнавала себя не только на портрете, но и в жизни. Как будто стала другим человеком.

Я так и просидела весь обед в кабинете с платьем, перебирая ткань и думая о произошедшем. Только, наверное, через час встала, бросила камни и убедилась, что с Девеником, Лерой и её родителями теперь точно всё будет в порядке. Судьба Сандры оказалась скрыта от меня личностью чёрного короля. Даже благословение Ины не помогало пробиться через этот барьер, хотя Тата в письме обещала, что скоро я смогу и это.

Благословение Ины. Мысли тут же вернулись к Хантли, и в груди снова разлилась боль. Несмотря на радость от спасения Шейронских, возвращения Ники и Виктора, счастливых перемен в судьбе Осборна и Грейс, найденного завещания Эллы это всё оставалось как будто в стороне, словно меня от этих событий отделяло толстое стекло — видеть видела, но принять участие не могла.

Зато это ощущение отстранённости помогало находить для клиентов самые действенные решения, которые несли в себе совсем незначительноеколичество рисков, зато сулили наибольший успех. И я даже расстроилась, когда последний клиент покинул салон, оставив наедине с собственными проблемами.

К счастью, после утреннего визита Ники мне стало гораздо легче. Во всяком случае, я не плакала, хотя и готовности читать дневник и слушать записи, тоже не было. Честно сказать, я боялась. Как будто там действительно было что-то способное убедить меня в собственной неправоте. Но разве это возможно? Или боялась, что примеры, которые подготовил для меня Эрнет, будут настолько мучительные, что подорвут мою веру в себя? А может, просто не хотела думать, что боль, которую я испытаю, причинит мне не кто-нибудь, а любимый человек? Но мне и так было больно! Так не сделать ли ещё больнее, чтобы измерить всю глубину пропасти между нами?