Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 102 – Екатерина Ильинская

Он сделал приглашающий жест, и я не стала ждать. Схватила коробочку и начала ощупывать и крутить в руках, пытаясь найти кнопку. Пальцы гладили бархат, осторожно нажимали на стенки, пока не нашли скрытую там пружину. Крышка открылась…

На подушечке лежало кольцо… Ободок в форме змейки, положившей голову, увенчанную короной, себе на хвост. Тело её усыпала бриллиантовая пыль, а зубцы короны держали самый большой бриллиант, который я когда-либо видела.

И совсем я не визжала! Только тихонечко попискивала от радости.

Подрагивающие пальцы холодил металл, и чуть царапала бриллиантовая крошка, когда я проводила по бокам колечка-змеи. Никак не получалось оторвать от неё взгляд, поэтому когда Эрнет взял мои ладони в свои, я вздрогнула от неожиданности и лишь потом подняла на него глаза.

— Я выбрал эту форму потому, что именно во время нашей совместной охоты на «монстра» понял, что не смогу относиться к вам так же, как к другим женщинам.

Я тут же залилась краской, вспомнив, как висла на Хантли от страха, и как при нём переодевалась. Какой кошмар! Надо было вести себя благоразумнее! Или не надо? Он же иначе не сделал бы мне предложения? То есть погодите, он делает мне предложение потому, что я вела себя безнравственно?

Вибрирующий хвост Саюши снова оказался на моей лодыжке, а я ослепительно улыбнулась. Я вела себя самым правильным в той ситуации образом, а Эрнет, как настоящий мужчина, не мог не проникнуться сочувствием к испуганной женщине.

— Амелия, я думал сделать вам предложение в случае, если вы провалите испытание, чтобы защитить от слухов — тогда все подумали бы, что предсказание не сбылось потому, что мы слишком близки. Но когда вы преуспели, решил, что это в сущности ничего не меняет, и даже становится ещё более необходимым.

Огоньки свечей отражались в его глазах, а мне казалось, что я то ли падаю в усыпанное звездами небо, то литону в тёмном озере, на дне которого скрыты немыслимые сокровища.

— Сейчас я могу предложить вам немногое, но в ближайшие пару месяцев намерен решить вопрос с императорской опалой и восстановиться в правах, положенных мне. Этого времени должно хватить и на то, чтобы лучше друг друга узнать, а то обстоятельства заставляют нас действовать слишком уж поспешно. Амелия… — Он сделал паузу, а мне показалось, что на эту секунду я умерла. — Вы выйдете за меня замуж?

Сердце переполнилось чувствами, и я кивнула. Эта забота, это стремление обеспечить семью отзывалось во мне вихрем совершенно новых эмоций, справиться с которыми я могла только благодаря спокойствию, подаренному мне коббаррой, иначе уже давно бы визжала, повиснув у Эрнета на шее. Права была мама.

— Я согласна, — выдохнула я.

— Я очень этому рад. — По глазам и улыбке Эрнета я поняла, что это так и есть. — И уже сейчас готов обеспечивать вас полностью, как только вы оставите работу.

— Что? — Мне показалось, что я ослышалась, но сердце пропустило удар, а пальцы дрогнули.

— Нет нужды работать, — подтвердил Хантли, сильнее сжимая мои ладони в своих, — я возьму все расходы на себя. Вы уйдёте на пике славы, никто не скажет и не подумает ничего предосудительного. Женщины часто бросают прежние занятия, выходя замуж.

— Но я… не хочу… — Я попыталась забрать руки, но Хантли не пустил. — Я н-не могу. Это мой дар, и он требует выхода. В этом, в конце концов, смысл моей жизни.