Книга Победоносец, страница 39 – Anne Dar

– Ты не представляешь, как мне было страшно! Как пришлось крадучись, в слезах возвращаться домой, страшась того, что отец прибьёт меня! Если бы Отрада не прикрыла меня – я бы пропала! Сестра меня не бросила, а ты – бросил!

– Я ведь объяснил тебе, что́ и́менно произошло, что́ помешало мне прийти к тебе в установленный час, да и ты сама уже наверняка прекрасно знаешь о развернувшемся ужасе за стенами Замка. Да ведь если бы мы с тобой вчера бежали и даже если бы в итоге чудом остались в живых при таком побеге, тогда погибли бы все остальные: наши семьи, наши друзья, сотни наших знакомых и тысячи незнакомых…

– Да пусть бы рухнул весь этот треклятый Замок с их неверными мужами, что предают своих жён и тиранят свои семьи, казнят безвинных людей и не могут защитить своих женщин! – это была ментальная пощёчина – намного более болезненная, чем физическая. Перед моими глазами сразу же ожил образ давно минувшего дня из детства, в котором я при Ванде говорил о том, что моей избранницей я вижу ту, которую я смогу одарить своей защитой. – Ведь я поверила тебе, Добронрав! Впервые доверилась твоему слову, а ты попрал моё доверие – ты не пришёл! Ты понимаешь, что это значит?! Это значит, что и я, и ты навсегда теперь в этом капкане!

– Бежать некуда: снаружи Блуждающие… – мой голос звучал из глубины моего нутра, как будто эхом, не принадлежащим мне, по крайней мере, я его – себя в нём – слышал впервые.

– Раз ты утверждаешь, что не можешь защитить меня от Блуждающих, значит, бежать нам действительно некуда! Смиримся же!

– Ванда… – я попытался взять её за руку, но она резко, с обжигающим холодом отдёрнула её.

Дальше она говорила более сдержанным и оттого ещё более болезненным для меня тоном:

– Этой ночью ты спас всех огромной ценой: бросив меня. Мне не нужентот, кто в самый важный и страшный момент выберет всех, а не меня одну. Мне не нужен тот, кто подвёл меня единожды. Больше ко мне не приближайся. Тайный ход в заборе сегодня же сама заколочу.

Резко развернувшись, так, что едва не коснулась своей пышной косой моего окаменевшего тела, Ванда развернулась и, не оборачиваясь, ушла.

Зимы на Камчатке безжалостно суровы. В самые злые периоды температура воздуха падает ниже тридцати градусов, ослепляющие метели наметают многие метры снежных покровов, частая вулканическая активность сопровождается выбросами пепла, и в некоторых широтах наступают полярные ночи – времена, когда солнце не поднимается над горизонтом в течение долгих недель. Мы жили вне власти полярных ночей, и всё же зимние световые дни были угнетающе коротки, в то время как тёмные ночи казались тягучими, не имеющими чётко обозначенных границ. Камчатская зима затяжная: зачастую она начинается в ноябре и удерживает свои позиции вплоть до самого апреля. Морозные туманы, словно брачная вуаль Снежной королевы – особенное природное явление, вре́завшееся в мою память фантомным сизым полотном, украшенным морозными узорами на промёрзших насквозь окнах. Из-за этих мистических туманов видимость снижалась настолько экстремально, что казалось, будто весь мир растворялся в белой мгле, которая, бывало, служила причиной исчезновений неопытных или невезучих охотников, выдвигавшихся с охотой на крупных сохатых и излюбленных снежных баранов. В те года часто случались бесследные исчезновения людей в лесах – редко их останки находили по весне те, кто выходил на поиски после схода снежного покрова. Больше людей зимой губили лишь суровые снежные бури и обильные снегопады. В год Падения Старого Мира стык декабря с январём выдался настолько снежным, что на протяжении трёх недель вереница снегопадов замуровывала людей в домах. По этой причине все избы нововеров имеют входные двери, открывающиеся исключительно внутрь – чтобы в особенно снежные зимы иметь возможность откопаться изнутри.