Онлайн книга «Победоносец»
|
Когда в березняке поднялся ветер, мы немного пришли в себя и стали одеваться: я помог Ванде надеть на её шелковое тело мягкий сарафан, и от этого по моей душе растеклось особенное, до тех пор неведомое мне тепло. Весь оставшийся день мы провели вместе: держась за руки, ходили среди берёз и высокой лесной поросли, заглядывали друг другу в глаза и всё ещё больше молчали, нежели говорили. В обед мы съели по три жареных пирожка с картошкой и луком, которые из Замка с собой взяла Ванда, и по куску мясного рулета с хлебом, которые я предусмотрительно принёс вместе с пятью большими, сырыми картофелинами. Ближе к вечеру, когда кувшинки начали закрывать свои лепестки, и песнопения лягушек начали разноситься по округе всё настойчивее, я развёл костёр. Мы зажарили на углях картофель, который хотя и получился хорош, снаружи походил на чистый уголь, так что наши пальцы сразу же почернели от сажи. Доедаяпоследнюю картофелину, Ванда, посмотрев на меня, вдруг засмеялась и, поднеся свою руку к моему лицу, игриво провела указательным пальцем по моему подбородку, явно оставив на нём чёрную полосу: – Всё равно ты колючий, когда целуешься, даром что бороду бреешь! – в ответ на это замечание я только улыбнулся, сразу же став вытирать оставленную на лице сажу, а тем временем девушка продолжила размышлять вслух, неожиданно резко переключившись на совершенно другую тему: – Мой отец тот ещё самодержец. Как будто князь он, а не Мстислав Земский! Наверняка сегодня будет выговаривать мне за опоздание… – Тогда, может, поспешим вернуть тебя в Замок? В ответ на моё предложение девушка неожиданно резко вспылила: – Вот ещё! Отец мне не указ, понятно? Ни один мужчина не будет мне указывать, что, как, где и с кем делать! Даже муж не будет владеть правом управлять мной, ясно?! От последнего замечания я неосознанно расправил плечи и, замерев, почувствовал, как к моим щекам прилил несвойственный моей натуре румянец: она что же, рассматривает в моём лице образ своего будущего мужа? От одной только мысли о вероятности подобного у меня перехватило дыхание: такая красивая и своевольная девушка и вдруг говорит о замужестве, при этом не моргая глядя прямо в мои глаза – как здесь не смутиться?.. Пока я пытался собраться с мыслями, Ванда продолжала гипнотизировать меня своим пронзительным взглядом: – Давай пообещаем друг другу прямо здесь и сейчас! – Пообещаем что? – я нервно сглотнул. – Что будем вместе навсегда, – она вдруг протянула мне свой согнутый мизинец. Девчоночья клятва на мизинчиках – серьёзно? И всё же я решился ответить. – Ладно, – хмыкнул я, уверенно сжав своим могучим пальцем её тонкий, словно тростинку подломил. Мы ещё с полчаса просидели в сгущающихся вечерних сумерках, вороша длинными сухими ветками угли догорающего костра: я незаметно сжимал ярко-красный край её сарафана и всё не мог налюбоваться её распущенными волосами с подвязанными к ним пёстрыми лентами, её длинной шеей, украшенной дешёвыми бусами из стекла, её задумчивым взглядом, которым она щедро одаривала тлеющие угли. Мы расставались неохотно, что пронзило меня ещё сильнее: она не хотела отпускать моей руки так же, как я не хотел отпускать её руку… Мы целовались в губы продолжительно, пока наши дыхания не сбились,и только после того, как над нашими головами неожиданно пронеслась неизвестно откуда взявшаяся в березняке совиная почта, мы отпрянули друг от друга, чтобы проводить своими лихорадочными взглядами низко летящую птицу. В конце концов, я подсадил девушку на её дымчатую кобылу, после чего долго провожал её исчезающий между деревьев силуэт взглядом, помутившимся от впервые в жизни переживаемых, еще не изученных и невероятно сладостных эмоций, и лишь через час выехал вслед за ней, в сторону ничего не подозревающего Замка. |