Книга Дракон по обмену, страница 64 – Дарина Ромм

Нет, себе я точно не хотела бы такой участи. И, наверное, поступила бы так же – ушла, чтобы навсегда остаться в его памяти юной и прекрасной.

Лучше обернуться в красивое прошлое, образ, при воспоминании о котором тоской щемит сердце, чем перерасти в вызывающее жалость настоящее.

Смахнув неожиданную слезу, я шмыгнула носом, показала язык лениво глядящей на меня Тучке и переключилась на насущную проблему – принялась усердно думать о ситуации с ректором.

Вот что со мной случилось в его кабинете? Почему я, как полная дура, вместо того, чтобы ухватиться за его поцелуи и срочно тащить в местный загс, удрала сверкая пятками?

Ну и что, что мне от его ласк стало не по себе – мне ведь не жить с ним. Мне бы только замуж официально выйти и все, я свободна и у себя дома. Я ведь к этому стремлюсь.

К моменту, когда подавальщица принесла мои пирожные и чай, я дала себе самую страшную клятву, что в присутствии ректора буду милой, ласковой и соблазнительной. И если он захочет меня снова поцеловать, отвечу ему со всей доступной мне страстью.

– Ну что же, приятного аппетита, Лиза, начинай наращивать жир на попе. – негромко пожелала сама себе и взяла в руки пирожное.

– У тебя самая красивая попа на свете, не надо ничего менять. – произнес за спиной знакомый голос, и на мои плечи легли мужские ладони.

– Родерик, убери руки. – через силу потребовала я, чувствуя, как тепло от его ладоней жаркой волной мгновенно растекается по телу.

– Все-таки вспомнила мое имя, Лиззи? – наклоняясь и обжигая макушку горячим дыханием шепнул этот гад. И даже не думая выполнять мое требование, принялся осторожно поглаживать мои плечи:

– Ты очень красива, моя Лиззи.

Ну нет, это нечестно: я чуть не застонала на всю трактирию от удовольствия, до того было приятно – и слова, и действия этого нахала.

– Прекрати! – зашипела, борясь с собой, и с желанием начать мурлыкать и просить добавки. Да что за напасть такая!

Мужские руки еще раз прошлись по плечам, легко коснулись затылка и исчезли, оставив после себя пустоту и странное чувство неудовлетворенности.  А наглый гад вышел из-за моей спины и преспокойно подсел ко мне за столик.

Тут же подбежала подавальщица и уставилась на Родерикам влюбленным взглядом:

– Что желает красивый господин?

Господин окинул взглядом стол и приветливо улыбнулся зардевшейся девице:

– Принеси для меня кружку, красавица. И упакуй с собой десяток таких же пирожных. – он указал на мою тарелку.

– Понесешь угощение своей подружке?  – не смогла не съязвить, вспомнив, как он недавно улыбался той блондинке.

Ничего не ответив, Родерик спросил:

– Почему не ешь пирожные?

– Что-то аппетит пропал. – ответила я почти честно.

– Зря. Дай попробовать. – и не успела я моргнуть, как он цапнул тарелку с пирожными, выбрал одно и откусил. Прикрыл от удовольствия глаза и, понизив голос, выдохнул:

–Это просто наслаждение… Ты должна попробовать, Лиззи. – он подался вперед, взял с тарелки еще одно пирожное, протянул мне и, глядя в глаза, прошептал:

– Лиззи, просто попробуй. – густой, бархатный голос почти осязаемо начал обволакивать меня мягким, сладким коконом.

Во рту мгновенно пересохло, я неприлично громко сглотнула и опустила глаза на длинные мужские пальцы, держащие хрупкую кремовую корзиночку.