Книга Хитрожопый киборг, страница 9 – Аманда Майло

Я лежу так несколько микрот⁶, ошеломленно глядя в бескрайнее небо.

Пока, хрипя, я не заставляю себя выпрямиться.

С обеспокоенным фырканьем осел убирается с того радиуса, который, по его мнению, является моим максимальным радиусом атаки.

Ошеломленно моргая, испытывая боль в местах, которые никогда раньше не болели, я поднимаюсь с земли и, не веря своим глазам, смотрю на животное, которое стоит в нескольких шагах от меня, его уши подняты вперед, шея вытянута, все четыре мохнатых ноги готовы к бегу. Его поводья волочатся по земле, напоминая мне сенсорные органы, похожие на усики, у некоторыххитрых рыб.

Я, пошатываясь, иду к нему.

С паническим визгом он срывается с места и не останавливается, пока не пробегает по достаточно широкой дуге, чтобы снова оказаться лицом ко мне — на еще большем расстоянии.

Увереннее держась на своих кибернетических конечностях, я шагаю к нему.

Его бока вздымаются от учащенного дыхания, длинные лохматые уши медленно поднимаются и вращаются, когда я приближаюсь к нему, он смотрит на меня — а затем разевает пасть и рассекает воздух с самым ужасным, резким, оглушительным визгом.

— РИИИИИ…

За этим последовал болезненно громкий, раздражающий рев.

— ХААААААВВВВВ!

Я зажимаю уши руками.

— РИ-ХААААВВВ! РИ-ХАВВВ!

— Что с тобой не так?! — я перекрикиваю ужасный шум.

Он продолжает издавать визгливый рев до тех пор, пока не начинает задыхаться.

Медленно опуская руки, озадаченный этой причудливой серией действий, я делаю шаг к нему.

Он разворачивается и снова отскакивает галопом, очевидно, готовый повторить цикл погони.

Однако с меня хватит. Отворачиваясь от него, я ориентируюсь, пока не нахожу направление, в котором я изначально направлялся, мысленно готовясь к пешему путешествию.

— Проклятие, здесь жарко, — бормочу я. — И невыносимо сухо.

Я чувствую, как влага из моего тела вытягивается, смертоносный воздух высасывает ее из моей кожи с впечатляюще пугающей скоростью испарения. Вот почему в некоторых отчетах утверждается, что люди непостоянны. Ни одно живое существо не может существовать в таких условиях, не сойдя с ума.

— Эта бесконечная жара, — выдыхаю я. — И никакого облегчения от палящего, безжалостного солнца? Это чрезвычайно неприятно, — сообщаю я выжженному ландшафту вокруг меня. — Но, — говорю я, медленно кивая самому себе, — я полагаю, это терпимо. По крайней мере, в этом месте нет хабуба.

Согласно моим исследованиям, хабуб — это сильная пыльная буря, поднимающая песок, которая может ухудшить видимость и вызвать затруднение дыхания.

Не успеваю я договорить, как засушливый ветерок поднимает в воздух песчинки и осыпает мою кожу, глаза и рот. Я морщусь, и песок срежещет на зубах. Поскольку я все еще могу видеть— хотя и болезненно моргаю, я предполагаю, что это не хабуб… пока. Возможно, это просто начало одного из них.

— Иди туда, куда они ходят, говорили они. Туда, куда они бегают.Им следовало бы добавить, туда, где они сгорают заживо на солнце. Добро пожаловать на планету Траксия, — бормочу я, отрабатывая сарказм.

Тыльной стороной руки я вытираю лоб — и тот факт, что моя рука не натыкается на шляпу, напоминает мне о том, что нужно её надеть, прежде чем я начну свое пешее путешествие.

В конце концов я доберусь до города. На данный момент вдалеке я вижу то, что кажется усадьбой, пятнышко лачуги с хозяйственными постройками, расположенное чуть ниже горизонта.