Книга Хитрожопый киборг, страница 12 – Аманда Майло

Невысокое животное останавливается позади меня, словно ожидая моей реакции.

Когда я не реагирую, он поднимает его снова. Я знаю, потому что проходит не более нескольких вдохов, прежде чем мои уши слышат, как он бросает его обратно в грязь. Снова. И еще раз. Мягкий, почти бесшумный стук его копыт ускоряется, пока я не понимаю, что он прямо за мной.

Я действительно понимаю, что он стоит прямо у меня за спиной, потому что тычет меня в спину округлой рукояткой ножа из вишневого дерева, которым у меня возникает сильное искушение содрать с него кожу.

Из меня вырывается вздох. Разочарованный, раздраженный. Я избавлен от необходимости больше общаться с ним из-за лошадиного ржания.

Я знаю из видео, что это своего рода приветствие среди представителей рода Equus⁸.

Звук, с которым ослиные зубы сжимают рукоятку моего ножа, заставляет меня в ответ тоже сжать зубы. Он подходит ко мне вплотную, уши напряженно выставлены вперед, шея выгнута дугой. Лошадь снова ржет. Без предупреждения Пако устремляется вперед, все четыре копыта уверенно ступают, мягко постукивая по земле, когда он приближается к трем лошадиным фигурам.

Я — скорость моего наземного передвижения медленнее, чем у него — прибываю к ним через несколько микрот — эээ, минут, как говорят люди, — после того, как он представил себя. Он ведет себя странно — верхняя губа приподнята в ответ, как флемен⁹, нос вздернут вверх, — прежде чем броситься на землю, пытаясь перекатиться поближе к копытам троицы озадаченных лошадей, привязанных к коновязи.

Ему бы лучше удавались его движения, если бы он все еще не был оседлан. Я был бы склонен снять седло, но наблюдать за его борьбой доставляет странное удовлетворение.

Я прохожу мимо этого зрелища, качая головой, как это делают герои западных фильмов, когда молча выражают свое негативное отношение к тому, чему стали свидетелями.

Коновязь находится всего в нескольких шагах от крыльца хижины усадьбы, и я поднимаюсь по ступенькам, готовясь постучатьв дверь и спросить хозяев, не хотят ли они обменять одну из своих прекрасных лошадей на не очень красивого, плохо обученного, вороватого осла с плохим характером.

Это напомнило мне…Я поворачиваюсь, наслаждаясь тем, как мои ноги реагируют на сигналы почти без усилий, и одним прыжком покидаю крыльцо, предпочитая поднять свой нож там, где он, вероятно, упал на землю, если мой осел его не проглотил.

Решение забрать свою собственность у придурка, который ее украл, без сомнения, спасает мне жизнь.

Воздух сотрясает выстрел. Позади меня взрывается деревянная шрапнель.

Привязанные лошади вздрагивают и напрягаются, отчего их кожаные поводья, обернутые вокруг столба, натягиваются. Почти так же быстро животные выходят из оцепенения и начинают беспокойно ерзать, заставляя кожу сбруи скрипеть.

Пако поднимается на ноги, его чрезмерно волосатые уши крутятся во все стороны, прежде чем прижаться к шее, а бока вздымаются.

В тот момент, когда раздался выстрел, я инстинктивно нырнул на землю. Я прижался к ступенькам хижины, неудобно устроившись на том, что, как мне кажется, является скребком для обуви¹⁰— приподнятым лезвием из кованого железа, к счастью, тупым. Осторожно я слезаю с него, чтобы он больше не впивался в мой бок.

Я собираюсь объявить о себе и объяснить, что я здесь не для того, чтобы причинять вред поселенцам, но у меня нет такой возможности.