Книга Во власти зверя, страница 4 – Анна Владимирова

Жаль, что он не претендовал на самый блестящий ум академии — сейчас бы рвал и метал, что ему пришлось подключать меня к какому-то делу.

— Смотрю, ты в форме, — усмехнулся он. — Она тебепонадобится. Пошли.

Но я не пошел с той скоростью, на которую рассчитывал он, и ему пришлось ждать, пока я соберу вещи со стола.

— Скажи, это какая-то эротическая игра — искать меня по закоулкам академии? Ты поэтому не даешь мне кабинет?

— Будет тебе кабинет.

— Боюсь, не за такую цену.

— Тебя никогда не спрашивают. Ты же зарабатываешь на свободу, Карлайл.

Обмен любезностями не принес удовлетворения, и в лифте мы уже выдохлись, одинаково скиснув рожами.

— Так в чем дело?

— Дело будет конфиденциальным. За нарушение грозит заключение. Тебе. — Я уже было набрал воздуха в легкие, чтобы разразиться непристойностями, когда он добавил: — И мне.

— Ты шутишь.

Выдох получился несуразно длинным.

— Если бы, — закатил он глаза и вышел в диагностическом крыле.

Надо сказать, тут уж мне стало интересно, но совсем не суть дела. Какого черта кто-то решил, что я соглашусь на такую ответственность?

— Теренс, я не буду этим заниматься, — уперся я посреди коридора.

— Ну-у… тогда ты едешь сейчас в консульство и подписываешь бумаги о невыезде на десять лет, — жестко возразил он. — А академия лишится тридцати процентов взносов от сенатора Райта. Мне закроют детское отделение, диагностику…

— Что происходит? — зашипел я, обрывая его. — Какого черта я стал козлом отпущения? Не нужны мои научные работы — выкиньте меня из института!

— Нет такой опции! Президент сказал оказать максимально возможную помощь!

— Ценой моей шкуры?!

— Ты оглох?! Моей — прежде всего!

— Да откуда мне знать?!

— Думаешь, я бы давил тебе на жалость угрозами в мой адрес?! — зло усмехнулся он. — Все серьезно, Джастис. И ты — последний спец, с которым бы я работал в этом деле. Но выбрали тебя.

— Не могу нарадоваться…

— Материальная компенсация хорошая. Если это тебя утешит. А еще бонусом тебе — пять лет свободы без возвращения в Клоувенс.

— И какие критерии? — не сдержал сарказма.

— Удовлетворенность пациента.

— Так это раз плюнуть, Теренс, — злился я.

— Ну вот и посмотрим.

И он зашагал вперед. Ничего не оставалось, как направиться следом.

***

***

Было холодно.

Я переводила взгляд с одной детали кабинета на другую, стараясь не смотреть в окно. Казалось, моя жизнь остановилась.

C того утра, когда я проснулась под забором в элитном районе, прошло четыре месяца. И каждый день напоминал отдельную главу какой-то жуткой кошмарной истории. Я пыталась с этим бороться, потом — просто жить. Но силы кончились. Находить себя наутро в ошметках постельного белья, матраса и всего, что было рядом — ни с чем не сравнимое ощущение.

Я думала, что мое генетическое отклонение — самое большое потрясение в жизни. Но ошибалась.

Я росла в семье блистательного политика. Единственная дочь сенатора Райта могла иметь все самое лучшее. Лучший детский сад, колледж, лучших подруг и лучшие цели в жизни. Надо сказать, оправилась от новости о неполноценности я достаточно быстро. Ну и что, что я не могла оборачиваться? У меня было все, о чем другие могли только мечтать — дом, любящая семья и потрясающие возможности. К пятнадцати годам я объездила весь мир — малодоступная опция даже для тех, у кого было столько же денег. Мой день был расписан по секундам. Я училась на юридическом, занималась стрельбой из лука и огнестрельного оружия, ходила с охотничьим клубом в походы, прыгала с парашютом…